Коня Брагоньера расседлали и ответили в родную конюшню. Адрес Брагоньера прекрасно знали и не требовали особых указаний по столь ничтожным вопросам.
Поездка прошла в гробовом молчании.
Следователь радовался возможности вздремнуть, соэр думал. Мысли хаотично сменяли друг друга, не давая сосредоточиться, как всегда случается, когда человека мучают сразу две проблемы. В итоге Брагоньер запретил себе вспоминать о семейных неурядицах. Он сделал все, что мог, дальше дело богов или лекарей. В любом случае, терзаться бесполезно, анализировать нечего. Посему просто забыть.
Перед отъездом соэр послал супруге записку: «Вернусь поздно. Не жди». Ее доставили в особняк вместе с лошадью.
Погибшая обитала в западной части квартала, в котором некогда проживала Эллина, тогда еще не ли Брагоньер, а Тэр. Только в отличие от гоэты, сумевший всеми правдами и неправдами купить дом, Элия накопила только на комнаты с пансионом. Соэру сразу показалось странным такое положение вещей. Помощница богатого врача могла себе позволить гораздо больше, куда она девала деньги?
Вопрос тут же пополнил копилку размышлений в записной книжке.
Шантаж? Помощь близким? Азарные игры и пагубные привычки? Или госпожа Медира жила тут для виду?
Следователь высунулся из окна и велел кучеру остановиться против табачной лавки. Он проворно, чтобы совсем не пасть в глазах начальника, спрыгнул на мостовую и затараторил, указывая на проулок:
— Вот тут ее убили, благородный сеньор!
Брагоньер окинул взглядом глухие кирпичные стены, пару пустых бочок и одинокое крыльцо с тремя ступеньками и натянул перчатки. Марать рук он не собирался.
Служебный экипаж откатил, чтобы не мешать движению, а мужчины, согреваемые косыми лучами рыжего вечернего солнца, направились в проулок. Теперь соэр видел, где произошло убийство. Кровь не спешили смыть: она могла вторично понадобится судебным магам, — и сразу бросалась в глаза. Судя по ее количеству, с несчастной не церемонились.
Элия Медира погибла возле того самого крыльца. Кровавые отпечатки сохранились на стене.
— Что там? – Брагоньер указал на щербатую дверь.
— Черный ход. Это ее дом, — пояснил следователь и поискал глазами капрала.
Тот, как назло, куда-то запропастился, даже дежурный солдат куда-то отлучился. Словом, процедура осмотра не соблюдалась по всем статьям. Соэр пока не выказал возмущения, но дознаватель не обольщался, Королевский прокурор мысленно поставил нужные галочки и сделал выводы.
— И? – Взгляд Брагоньера вновь терзал несчастного следователя.
Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не появление того самого помощник. Юный, пышущий энтузиазмом, он, запыхавшись, ворвался в проулок.
— Нашел! – выпалил долговязый юноша и, заметив постороннего, поспешно спрятал что-то за спину.
— Итак, начнем. – Соэр развернулся и размял пальцы, сложив их «домиком». – Независимо от характера работы: постоянное или временной, — необходимо соблюдать определенные правила.
Брагоньер читал занудную лекцию о правилах хорошего тона и служебных обязанностях, а следователь за его спиной отчаянно знаками давал понять: незнакомец не посторонний, а высокое начальство. Помощник оказался сметливым, догадался и постарался загладить ошибки. Он застегнул ворот рубашки, вытянулся и отчеканил:
— Прошу прощения, господин соэр. Мною найдена важная улика, разрешите приобщить к делу?
— Покажите! – отреагировал Брагоньер с азартом охотничьего пса.
Кажется, он ошибся, и от ученика больше проку, чем от наставника. Раз так, пусть господин Ульман, нынешний начальник Следственного управления, ставит вопрос о служебном несоответствии.
Помощник следователя замялся и глянул на дознавателя. Тот усердно закивал, моля Дагора, чтобы вечер позора закончился без ощутимых потерь.
— Хорошо, я представлюсь, — Брагоньер решил положить конец перемигиваниям. – Баронет Ольер ли Брагоньер, Королевский прокурор и инквизитор Сатийской области. Ваше имя, господин?
Юноша покраснел и на пару мгновений потерял дар речи. Он испытывал схожие с наставником чувства, но быстрее взял себя в руки.
— Лош Фосс, благородный сеньор. Вот, — помощник следователя протянул Брагоньеру вскрытый конверт.
Он выглядел так, будто адресат смял его, выбросил в корзину для бумаг, а потом передумал и разгладил.
Дешевая бумага, восковой штемпель отсутствует – отправитель очень хотел остаться неизвестным. Однако Брагоньер не спешил знакомиться с содержимым письма. Его заинтересовал Лош. Что он закончил, кто читал курс права? Юноша терпеливо отвечал, гадая, какое отношение это имеет к расследованию. Оказалось, самое прямое: Лош Фосс высочайшей милостью получил свое первое уголовное дело. Соэр посчитал, от него будет больше толку, чем от прежнего следователя.
— Справитесь, получите место. Нет – на общих основаниях.
Лош просиял, а Брагоньер углубился в изучение улики.
Написано в трактире или на постоялом дворе: на конверте масляные пятна, а перо давно не очинялось. За собственными следят.
Почерк явно изменен: слишком большой нажим.
Внутри конверта – сложенный вчетверо лист бумаги. Такую можно купить на каждой почтовой станции.
Содержание послания оказалось занятным и невольно подтвердило версию «Жизни Сатии».
«Перестань играть, девочка, — гласило письмо. – Лучше отдай сама, а то пожалеешь. Я знаю, ты меня видела. Скажешь следователю – не доживешь до утра. Мне как раз не хватает сил, пополню их тобой. Помни о матери и сестре. Ей ведь всего тринадцать, верно? Так вот, либо ты придешь в условленное место завтра в семь утра, либо поправлю баланс энергии маленькой Норой. Сама понимаешь, после она вряд ли выживет».
Омерзительное письмо! Неудивительно, что Элия хотела от него избавиться.
И крайне важное одновременно.
Вот недаром Брагоньеру показалось странным, что помощница господина Женда ютилась в меблированных комнатах частного пансиона. Письмо незнакомца подтвердило, у нее водились деньги, а дела патрона с «пыльцой счастья» были хорошо знакомы. Определенно, нужно допросить духа.
ГЛАВА 7. Петля
Судебный маг разводил руками: слишком сложно, не справится. Энергетические частички остыли, пусть еще не успели раствориться, слиться с воздухом. Значит, нужно посылать запрос в университет, пусть вышлют специалистов первой степени. Брагоньер не стал полагаться на служебную почту, сам переговорил с ректором, и уже через час свысока рассматривал очередную обладательницу черного плаща, который носили исключительно боевые маги.
Предыдущий опыт общения с представителями женского пола в штанах выдался плачевным. Брагоньеру пришлось доказывать свое главенство, ломая строптивый характер магини. В конце и вовсе наказать за острый язык и невоздержанность в словах. Если эта женщина тоже вздумает вести себя подобным образом, соэр быстро избавиться от нее.
— Вы в курсе, что от вас требуется? – Брагоньер махнул рукой на стул для посетителей.
Как и прежде, соэр занимал свой бывший кабинет, временно выселив господина Ульмана в пустующий зал переговоров. Главный следователь не обрадовался, но перечить начальнику не мог.