— Ну, кто из них здесь побывал?
Малис безмолвствовал. Со стороны казалось, он задумался, а на самом деле погрузился в тепловую карту мира. В отличие от той же Эллины, некромант, в силу дара, различал весь спектр энергетических частиц. Голубой цвет — не синоним окончательного распада, далее следовали белый и градации серого, пока те не сгущались в вязкую массу застарелой смерти и не сливались с воздухом.
Нетерпеливый жест, и первого подозреваемого подтолкнули к некроманту.
— Пусть встанет в круг, — указал нужное место Малис.
Лакей отказался переступать зловещую черту и ринулся прочь, надеясь улизнуть через окно. На беду, оно имелось в соседнем помещении, а Брагоньер накидывал чары оцепенения практически мгновенно — отточенный годами рефлекс.
— Как просто! — На лице соэра не дернулся ни один мускул.
— Советую добровольно признаться, иначе рискуешь пойти на дно с камнем на шее. Увести!
Солдаты подхватили под руки обездвиженного лакея и поволокли прочь.
Слуги притихли. Арест произвел на них сильное впечатление. У каждого имелся грешок, и лакеи гадали, всплывет ли он.
Малис разом превратился в злого гения, способного видеть души насквозь.
— Остальные? — Королевский прокурор обернулся к некроманту.
— Они сюда в тот вечер не заходили, — заверил черный маг.
По лицу скользнула хитрая улыбка. — Я тут кое-что нашел, не хотите взглянуть?
Соэр ощущал себя рыбой, заглотившей наживку, но согласно кивнул.
Продолжая самодовольно улыбаться, Малис извлек из кармана платок и бережно развернул.
Клочок плотной бумаги с золотистым краем.
— Валялась под диваном, — пояснил некромант. — Я бы на месте экспертов проверил одежду и ногти покойного. Не сомневаюсь, бумажку порвал именно он.
— Визитку, — поправил Брагоньер, склонившись над уликой.
— Это часть визитной карточки. Золотое тиснение означает либо принадлежность к высшей аристократии, либо высокий пост на государственной службе. Я был бы чрезвычайно признателен, если бы вы вызвали дух Элии Медиры и расспросили ее о другой визитной карточке. К сожалению, обычный магический допрос ничего не дал, а повторный провести не удалось: исчезла связь между душой и телом.
— Блок? — догадался Малис.
Иначе призрак бы ответил на прямой вопрос мага.
Соэр кивнул и аккуратно убрал обрывок в один из полотняных мешочков, которые всегда носил с собой для сбора улик. Обработанные специальным порошком, они не смешивали энергетику Брагоньера с энергетикой вещи.
— Сделаете?
Брагоньеру не терпелось покончить с лакеем. Какой-то час
— вряд ли тот станет упорствовать под натиском улик, которые, несомненно, найдутся — и выяснится имя заказчика.
— Для того чтобы снять блок, нужно знать мага, который его ставил, — соврал Малис.
Соэр не заканчивал специализированного учебного заведения, у него отсутствовал дар, он не поймает некроманта на лжи. Так и вышло. Помявшись, взвесив все за и против, Королевский прокурор согласился устроить свидание Малиса с
Винсентом. Черный маг того и добивался.
После убийства? Малис привык к вечной охоте. Инквизитор помог в трудную минуту, но ничего не изменилось. Останься или сбеги, некромант оставался некромантом, то есть подлежал уничтожению. Лучше жить на свободе и снова играть в прятки с загонщиками, чем покорно ждать часа казни, которую переносят с недели на неделю.
— Господин Вер, я похож на дурака?
Некромант мысленно заскрежетал зубами.
Брагоньер оказался неплохо подкован. Только где Малис допустил оплошность?
— Вы знакомы с чарами обвиняемого. Помнится, —обратился к недавнему прошлому соэр, — вышеозначенный субъект пытался убить вас на кладбище. По-моему, достаточно, чтобы запомнить и в дальнейшем определить почерк.
— На глазок? — хмыкнул некромант. Он успокоился и твердо гнул свою линию. — Уверен, суд примет за доказательство «показалось» и «вроде, он».
— Точнее? — Королевский прокурор везде любил ясность.
— Слепок ауры и энергетические частицы. Взятые, как положено, а не на кладбище. Я сравню их с автором блока и определю, одно ли лицо.
— Хорошо, я пришлю, — кивнул Брагоньер.
Малис рассмеялся.
— Что пришлете? Ваши маги, при всем уважении к правосудию, — тут соэр не удержался от усмешки, — не способны на столь тонкую работу. Они хоть раз с аурой работали, вычленяли из нее составляющие? У живого человека, без разных приспособлений. Так, чтобы из них можно было составить простенькое заклинание.
— Нет, — нехотя признал Королевский прокурор.
— Вот! — поднял палец черный маг. — Не мешайте профессионалу, раз приказали служить во благо короны.
Брагоньер задумался. Чуть прищурившись, он изучал лицо
Малиса, каждую черточку, силясь понять, врет тот или нет.
По сути, альтернатива невелика: либо довериться другу супруги, либо обратиться к ректору университета. Соэр не терпел заносчивых владельцев черных плащей с пурпурной каймой — боевых магов, поэтому предпочел уже имеющееся зло.
— Хорошо, — кивнул он, — я допущу вас к задержанному, но на моих условиях.
Некромант скрипнул зубами.
Что опять? Неужели таки раскусил?
— Господин Вер, — Королевский прокурор прошелся от дивана до двери, развернулся и замер перед темным магом, —я не вчера родился и знаю о мести.
Малис рассмеялся.
— Право слово, вы путаете черных магов с идиотами!
Привыкли в виду работы. Никуда ваш узник не денется.
Разумеется, не денется, некромант не собирался выносить тело.
Брагоньер нахмурился. Он чувствовал подвох, но не мог его найти.
— Я обещал сотрудничество, — добавил правдоподобия
Малис и абсолютно искренне наградил собеседника тяжелым взглядом из-под насупленных бровей. — Если бы не договор, и пальцем бы не пошевелил. Но вы приказываете, а мне приходится исполнять. Чем вы недовольны, бычьи потроха?!
Отсутствием сопротивления? Привычнее принуждать?
Соэр сдался, махнул рукой.
— Обратитесь к Лошу Фоссу, я уведомлю. Наедине не оставлю.
— Естес-ссс-ственно, — прошипел Малис.
Убить палача и парочку солдат — святое дело. Их и люди не любили, черные маги и подавно.
— Что-то еще? — Брагоньер коснулся сапогом края рисунка на полу.
Жена чертила иначе, без темных символов и ловушек силы.
Оно и понятно: гоэта.
Некромант пожал плечами.
— Хотите, душу вызову? Полагаю, покойный юноша вам интересен.
Соэр досадовал на себя.
Конечно! Заполучить некроманта и не использовать его возможности!
— Прошло достаточно времени, — в сомнении заметил