Пылинка
Автор: Михаил Кан
Пылинка.
В сверхсекретном мире я живу уже много лет.
Я не существую, меня просто нет.
Найк Борзов, «E.T.»
Часть 1. Пылинка в луже нефти
Запись 1. Бортовое время на момент записи (180) 23:12:55
Меня зовут Эя Чон. Я — оператор систем жизнеобеспечения на фрегате военно-космических сил Стран Лотоса. Позывное имя корабля “Цинь Шихуанди”. Моя вторая специальность — специалист по малой сигнальной диагностике нейронных систем. 53 минуты назад на корабле произошла нештатная ситуация, гермодвери сработали в защитном режиме и заперли меня в распределительном колодце. По инструкции “О нештатных ситуациях на кораблях межпланетного типа от 03/09/2116 года” я должна создать и вести индивидуальный бортовой журнал для последующего выяснения причин возникновения чрезвычайной ситуации.
Возможно мои записи будут недостаточно ясны или понятны. Я диагностирую у себя признаки контузии головного мозга — болит голова, трудно сосредоточиться. Я не помню около сорока минут после инцидента. На голове в правой области лба довольное сильное рассечение. Кажется, я потеряла много крови. Сейчас кровопотеря остановлена средствами стандартной аптечки. В остальном состояние организма оцениваю удовлетворительно, тяжелых травм или переломов не ощущаю. Из-за отсутствия в отсеке распределительного колодца средств диагностики уточнить тяжесть полученных повреждений не представляется возможным.
Первые действия после того, как я пришла в себя и оказала первую медицинскую помощь:
1) Попытка открыть гермодверь — без успеха.
2) Обращение к системе управления кораблем “Оракул” также не увенчалось успехом. Любые запросы игнорируются или интерпретируются системой неверно.
3) Попытка связаться с членами команды по телекому — без успеха. На вызовы пока никто не отвечает.
4) Попытки активации ручной разблокировки северной и южной гермодверей не дали результата. Такое может происходить только при наличии высокотемпературного режима или вакуума в соседних отсеках.
Для экономии энергопотребления бортового планшета и собственного удобства переключаюсь на нейросенсорный ввод информации в бортовой журнал.
[активация нейросенсорного чипа — подключение к инфодиску бортового планшета — успешно]
Запись 2. Бортовое время на момент записи (180) 23:24:55
Попытаюсь восстановить события, предшествующие чрезвычайному происшествию. Миссия фрегата “Цинь Шихуанди” — уничтожить аномальный объект под кодовым названием “Зеркало Лилит” в районе спутника Юпитера Каллисто. Информация об аномалии получена путем перехвата зашифрованной линии Объединённого Евразийского Блока. Советом Стран Лотоса данная аномалия признана угрозой первого порядка и подлежит немедленному уничтожению.
Для решения задач в состав экипажа “Цинь Шихуанди” были включены три инженера ВКС[1] (включая меня), капитан, лейтенант службы контроля исполнения из ударной группировки, а также штатная команда: два штурмана-навигатора и медик.
Марш-бросок Земля—Юпитер прошёл штатно, сроки и траектория подлёта были рассчитаны верно. Мы вышли из гиберсна согласно графику и к выходу на орбиту Каллисто экипаж был полностью готов к выполнению дальнейшей миссии. Согласно маршрутному листу, разогнавшись на орбите Каллисто, мы легли на курс к вероятному местонахождению аномалии. На пятый день полёта мы начали подготовительные работы с фазовым терминатор-излучателем, установленным на корабле. Я находилась в распределительном колодце, чтобы фиксировать состояние энергетического узла и регулировать нано-сигнальную волну устройства.
Примерно за 10 минут до происшествия была активирована система квантового наведения на цель в тестовом режиме. За три минуты 23 секунды до инцидента инженерами был произведён контрольный замер-импульс.
Последнее, что я помню — внезапный сигнал тревоги. Первое, после того как очнулась и открыла глаза — тусклый свет панели настройки, перепачканный моей кровью. Основное освещение в отсеке отключено. Второе, что я отметила, это тишина. Ни шума двигателя, ни гула системы вентиляции отсеков, ни перезвона датчиков. Просто ничего.
Запись 3. Бортовое время на момент записи (181) 00:11:16
Кажется, я снова отключилась. Полагаю, что режим нейросенсорной передачи информации при контузии головного мозга сильно утомляет префронтальную кору. Я переключусь на режим блуждающих ассоциаций, чтобы оставаться в сознании как можно дольше. Дальнейшая запись будет более хаотичной и свободной, однако для фиксации происходящего в реальном времени этого должно хватить.