- В её возрасте ты ей слишком многое позволяешь.
- Не говори ерунду, пусть гуляет, пока молодая. Тут и нарваться-то не на кого. Все знают друг друга.
У меня чуть с языка не слетело, что она сильно ошибается. Я лишь пожала плечами, засовывая в рот ложку с кашей.
Весь оставшийся день был каким-то скомканным и рваным. Я не знала, куда себя деть и чем занять. Всё как-то не ладилось и валилось из рук. Мелкая пришла ближе к двум. Выспавшаяся и свежая. Её расспросы меня выводили из себя, я лишь отмахивалась, ссылаясь на потом.
До вечера я пролежала в раздумьях, пялясь в потолок. Как себя вести, если увижу Илью? Нет, он меня почему-то больше не пугал, теперь в моих глазах он стал человеком, недостойным нормального отношения к себе, трусом и слабаком, который хотел лишь воспользоваться мной, чтобы удовлетворить свои хотелки.
Мама снова ушла на дежурство. Завтра у неё выходные начнутся. Сестра звала погулять. Я отказалась.
Внезапно понимаю, что совсем не хочу никуда поступать. Курсов будет достаточно, чтобы найти себе работу. Самые разнообразные и оригинальные профессии. И ещё кое-что. Я хочу уехать отсюда. Начать новую жизнь как можно скорее. Найти работу, снять комнату или в общагу заселится.
В Малых Дубках меня держит лишь мама и сестра. Они хорошо ладят, Вика ей поможет по дому. Да, думаю, это хорошая идея.
Вскакиваю с кровати, забыв о ногах, надеваю джинсовые шорты и толстовку с капюшоном, поправляю чёлку. У сестры в спальне беру тональник, несмело наношу крем на синяк. Хорошо, что у нас с ней кожа одного оттенка. Получилось вполне сносно, а под чёлкой и вовсе не видно ничего теперь.
Кое-как зашнуровываю кроссовки и хромающей походной направляюсь к школе, не забыв прихватить с собой телефон и тот маленький ножик.
Воздух стал заметнее чист. Пожарные справились. Дымка начала тускнеть. Подходя к школе, вызваниваю маму, чтобы пустила меня внутрь. Бегло ей рассказываю о своём плане. Что сильно заинтересована в своём обеспечении и приобретении новых навыков. Мама лишь отшучивается, что я сильно головой ударилась. Что могу подождать ещё месяц, а пока надо отдохнуть. Немного расстроилась после безрезультатного разговора с мамой.
Почти семь часов вечера. После заката подростки и молодежь, словно вурдалаки, стали наполнять улицы. Еле плетясь, чтобы не привлекать внимания из-за хромоты, пересекаю улицы. До дома осталось пару минут. Спать не хочу. Наверно сменю перевязку на ногах и включу BBC.
Отчётливо слышу сильный гул. Это лопасти вертолёта разрезают воздух. Гул усиливается вместе с ветром, поднимающим песок и траву. Красный вертолёт заходит на посадку на площади у ДК. Щурюсь. Только сейчас замечаю, что там стоит группа людей, многие в спецкостюмах. Пожарные. В груди как-то приятно отозвалось, когда увидела знакомое лицо. Тот парень, что спас, смотрит в мою сторону. На меня. Какова вероятность, что он меня узнал? Один к десяти. Из-за ветра капюшон слетел с головы, волосы заколыхались по ветру, чёлка сбилась, обнажая гематому на лбу. Стараюсь придавить капюшоном волосы, один фиг челка взлетает в разные стороны.
Или мне показалась, или я увидела, как он улыбнулся, тут же отвернувшись, забираясь в кабину вертолёта. Принял меня за другую? Разворачиваюсь в направлении дома. Зайдя в калитку, рассматриваю, как от стихающего ветра всё ещё колышется бельё на верёвках. Вспоминаю о его рубашке. В бане её стираю, тут же вешаю. Промываю ноги.
Дома на кухне делаю себе чай с мёдом, ухожу к себе. Включаю BBC, как и планировала. Обрабатываю ноги левомеколем, оставив впитываться мазь. Спустя час начинаю клевать носом, захлопываю крышку ноутбука и закрываю глаза.
Глава 4.
Внимательно осматриваю всё вокруг, но не нахожу никаких признаков новых очагов пожара. Меня донимает назойливый гнус. Кажется, что я один на весь лес, как последний пакет с кровью. Мазь не приносит никакого облегчения, пытаюсь отогнать насекомых сломанной веткой берёзы. Если бы у меня была возможность закурить, это могло бы помочь. Но я не могу. Нельзя. Чёрт! Мне ещё сильнее захотелось курить. Моя электронная сигарета разрядилась. И в довершение всего, у меня закончилась вода во фляге.
- Да твою же!
С раздражением я закидываю фляжку обратно в рюкзак. Сегодня было слишком много неприятных событий. Даже не знаю, что делать в первую очередь по возвращении домой. Позвонить Еве и попросить её ждать меня в квартире или же выспаться и пойти в спортзал?
Два дня. Всего каких-то два дня на разгрузку. А потом снова прыжок в огонь. Нас распределят, инструктор получит приказ, и мы подчинимся. Не нравится — уходи, говорит он каждый раз после тяжёлого вызова. Ничего, ничего. Я уже не первый год работаю. Сам отсюда не уйду. Только по статье. Это дело принципа и чести. Все мужчины в нашей семье были и есть пожарные.