– Замри! Иначе продырявлю! – тихо, но достаточно убедительно сказал Кинт, а узнав седую голову Чекара, добавил, – дядюшка, вы сильно рисковали, забравшись сюда.
– Это точно, не в моем возрасте лазать по карнизам! – из туалетной комнаты вышел Чекар, в его руке был старый пехотный револьвер, – заходи уже, племянничек, не люблю сквозняки.
Кинт вошел, закрыл за собой дверь, скинул на пол седельные сумки, но убирать револьвер в кобуру не спешил.
– Как вы узнали об этом месте, и что случилось с резиденцией департамента?
– У тебя есть с собой еда? Третий день ничего не ел, – Чекар пропустил мимо ушей вопрос Кинта.
– Чекар… – Кинт повысил голос.
– Резиденция сгорела, а Сарт умер у меня на руках… жаль парня, но это по его вине все случилось.
– То есть?
– Я все расскажу, Кинт, когда поем, иначе я сдохну от голода, и ты ничего не узнаешь! – Старик вроде как пытался пошутить, но вышло плохо.
– Хорошо, я сейчас спущусь к управляющему и закажу ужин в апартаменты.
– Вот и хорошо, – Чекар уселся в кресло в глубине комнаты, в котором он, и провел эти три дня, судя по кучке табачного пепла в горшке с цветком рядом.
Глава девятая
– Вы удовлетворили свой голод? – Кинт уже полчаса молча сидел напротив Чекара, который как голодный пес, не жуя, поглощал принесенный Кинтом ужин.
– Спешить уже некуда, – ответил Чекар, отпил прямо из горлышка глиняной бутыли шанта и снова налег на местную стряпню.
– Как умер Сарт, что случилось?
– Случилось, господин капитан, полное пренебрежение инструкциям, а также Сарт позволил эмоциям взять верх над собой… В нашей службе, знаете ли, это подобно провалу, подобно смерти.
– Конкретнее! – Кинт уже начал заводиться и даже прикрикнул, известие о смерти Сарта вывело его из равновесия.
– Вот и вы, господин капитан, даете волю чувствам…
– Вы… да вы даже представить не можете, через что он прошел, – Кинт навис над столом и уставился в глаза старика.
– Я прекрасно осведомлен кем был Сарт, откуда он взялся в управлении и о ваших отношениях, не мечите молнии, господин капитан…
– Так все же… – Кинт достал трубку и стал набивать ее табаком, прессуя его пальцем так, что того гляди расплющит ее.
– Известие о крушение пассажирского скревера, – вздохнув, начал Чекар, – мы получили на третий день после происшествия. Среди выживших значилось только одно имя и, к сожалению, не ваше. Сарт проявил инициативу и решил самостоятельно выяснить связи лаборатории в Дейлуре с рудником в Джевашиме…
– Мальчишка! – Кинт в сердцах швырнул трубку в угол комнаты, и та разлетелась на осколки.
– Именно! – Чекар с сожалением кивнул, отпил из бутыли, вернулся из-за стола в кресло и добавил, – за ним естественно проследили, он пришел в особняк, чтобы дать телеграмму в Актур. Сожалею, но в это время я был на рынке… Налет на особняк я застал в самом его разгаре, нападавшие были, скорее всего, дешевыми наемниками, но их было не меньше десятка, жаль, что в пехотном револьвере только пять камор, а для рукопашной схватки я слишком стар… пятерых налетчиков я убил, а потом хлопок и за секунды особняк был объят пламенем. Сарта мне удалось вытащить из огня, он был как решето, но он крепкий парень… был, успел все рассказать…
Кинт с хрустом сжал кулаки, тоже встал из-за стола и стал прохаживаться по комнате от двери к окну.
– Сожалею, господин капитан, я знаю, кем для вас был этот юноша.
– Вы ничего не знаете! – в глазах Кинта продолжало гореть пламя гнева.
– Знаю, господин капитан, – Чекар подался вперед, – вы даже представить себе не можете, как много я знаю… оставьте вашу злобу врагам терратоса. Итак, с этого дня вас нет.
– То есть?
– А вам что, в первый раз? Господин Морес говорил, что вы очень удачно водили за нос сыскные службы еще в юном возрасте, я и сам был приятно удивлен ознакомившись с вашим досье, а ваши рейды по тылам северян во время войны? Вам придется добраться в Латинг самостоятельно и встретиться …
– Подождите, а имеет ли теперь смысл вся эта операция задуманная Моресом?
– В тонкости нашего мероприятия был посвящен очень узкий круг людей, нельзя рисковать, а господин Морес лишь исполнитель, такой же, как вы, как я, но на своем уровне, а смысла теперь еще больше, тут пахнет серьезным заговором против империи! Так вот, в Латинге вас будет ждать господин Морес, – Чекар задумался, вспоминая, – да, у какой-то старухи, вы должны знать.
– Она еще жива?
– Понятия не имею, там в вашей квартире, во флигеле, есть тайник.
– Ясно, – Кинт с сожалением посмотрел в угол на осколки трубки.
– Возьмите, – Чекар протянул кожаный портсигар, Кинт вытянул из него тонкую сигару и кивнул с благодарностью, – теперь давайте обсудим кое-какие детали…
Через полчаса Кинт спустился к управляющему.
– Я уезжаю к тетушке, а дядя пока поживет в моих апартаментах.
– Еще раз сожалею…
– Мой одноколейник, хочу забрать его из гаража.
– Конечно, – чуть поклонился управляющий, – здоровья тетушке!
Сервис и исполнительность персонала всегда отличали заведения господина Дова. Механик гаража выкатил одноколейник во двор, обтер ветошью пыль с сиденья и сообщил:
– Ваш транспорт заправлен и готов покорять тракты терратоса.
– Благодарю, – Кинт закрепил седельные сумки и чехол с карабином на свои места, несколько раз прокрутил ручку компрессора воздуха, затем открыл клапан и двухколесная машина завелась.
Двигатель взревел, выпустив сизый дым, но сразу стих, обороты выровнялись, и по двору стало разноситься размеренное тарахтение.
– Будьте добры, милейший, еще два бочонка топлива, – Кинт высыпал себе на ладонь несколько золотых кестов из кошеля.
– Я мигом! – механик поспешил к штабелю с бочками в дальнем углу гаража.
Степь, редколесья, холмы и луга проплывали мимо взора. Кинт вел мощную двухколесную машину на запад, обгоняя попутный транспорт, заставляя конные экипажи шарахаться на обочину, а возниц и седоков не стесняться в выражениях в свой адрес. Нужно было преодолеть максимальное расстояние за световой день, Кинт выжимал из машины всю скорость, на которую она была способна, встречный ветер разбивался о кожаный шлем и выпуклые стекла очков, трепал походный платок на шее. Ехать можно было и ночью, но получалось медленно, во-первых, было безрассудно держать высокую скорость на едва освещаемом фарой тракте, во-вторых, попросту опасно – непримиримые племена кочевников все еще встречались в этих местах. Рев силовой установки одноколейника разносился далеко вперед, и приходилось периодически останавливаться и осматривать горизонт в подзорную трубу на предмет костров и подозрительных силуэтов, попутно жуя лепешки и запивая их водой.