- Quoi (Что?) – Василий не мог поверить собственных ушам. – Что ты сказал?! Как это? Мы что же, ЕГО «учебный проект»? Что значит «дай ЕМУ время научиться»?
Селяви замолчал на минуту, шевельнул ухом, согнав божью коровку. Проводил её взглядом до ближайшего василька и сказал:
- Тебе самому как больше нравится: быть Творцом своей жизни или жить так, как за тебя решат?
- Je ne te comprends pas (Не понял)! – Василий сел ошарашенный. Шнурки на кроссовках развязались и испачкались. Чтобы как-то себя занять, он стал их завязывать, поглядывая на Селяви в ожидании ответа.
- А если представить, что это не «испытания», а всё то же «пространство вариантов»? Тебе даются ВАРИАНТЫ. А ты сам выбираешь!
- Ну да, и, если выбор неверный, – за ним следует наказание?! Te punit? – съязвил Василий.
- Mais non (Да нет же)! – пёс возмутился. – Просто меняется ход событий. Другая дорога, другой поворот, путь. Ведь когда есть выбор, всегда интереснее. C'est très intéressant!
Селяви вздохнул.
- И дело не в наказании, про которое ты говорил. За каждым выбором следует то, что вызвано ТВОИМ выбором, а не ЕГО гневом. Люди, да поймите же, никто не желает вам зла! Все последствия – это последствия ваших поступков. Только и всего! Et c'est tout!
Василий был не согласен:
- Но ты же сам только что сказал, что ОН «только учится»! Ça veut dire quoi? (Что это значит?)
- Это значит, что пока ОН ещё готов играть с вами на равных! Пока у вас есть право выбора и голоса. Но ОН уже очень сомневается, что такие правила хороши. Так вы его достали своим недовольством! Своим недоверием и ропотом! Выбираете вы, но ответственность вы складываете на НЕГО! Дождётесь, что лишит ОН вас всякого права выбора – будете тогда жить, как ЕМУ вздумается! - пёс покончил с возмущениями и неожиданно спросил. – Так почему ты не хочешь туда идти?
Селяви кивнул на гору.
А Василия точно озарило. Он хмыкнул, подтянул штаны и спокойно, без спешки зашагал вниз. Ухмылка дурно перекосила его физиономию.
- Стой! – крикнул Селяви, он не ожидал такого поворота. – Tu vas où? (Куда ты?)
- Я сделал свой выбор! Хочу посмотреть, чем дело закончится! К какому варианту я приду, – бросил через плечо Василий.
Селяви снова завыл, да так истошно, что самому стало дурно. Потом крикнул:
- Василий, ты дурак, здесь уже нет никаких вариантов! Закончились.
Но Василий не слушал, продолжая спускаться. Селяви за всё время их знакомства разозлился не на шутку.
- «Не изменяет память лишь тому, кто чутко слушал всех, кого он встретил», - цитировал пёс, — «Божественная комедия» Данте Алигьери, - крикнул он вслед Василию свой крайний аргумент.
- Четырнадцатый век, - прошептал под нос Василий и приостановился – к чему это пёс?
- Василий, ты не царь и не Бог, ты даже больше не лев в своём семействе, и если тебя зовут «наверх», то тебе не кажется глупым добровольно шагать «вниз»? И, насколько я понимаю, там – внизу, тебя может ожидать как минимум сразу «второй круг»! Ну или круг грешников, так и не сумевших сделать свой выбор. Lequel préférez-vous? (Сам ты какой предпочитаешь?)
- Pourquoi le deuxième (Почему «второй»)? – Василий повернулся к Селяви, припоминая, что же там во втором?
Пёс охотно напомнил:
- Сладострастники!
- Неглубоко, - усмехнулся Василий, но остановился и снова присел в траву.
10.
- «Узнать тебе пора, что при подъёме кажется сначала всегда крутою всякая гора», - продолжил Селяви, подсев к ошарашенному Василию. – Это тебе не на картонке под попой под гору – вжжжих, и на месте! Ça doit être dur a priori! (Это должно быть априори трудно!)
Василий потёр разгорячённый лоб:
- Слушай, утомил цитатками! Ходячая энциклопедия. Ты что же, у своей хозяйки всю библиотеку проглотил, не поморщился?
Селяви усмехнулся:
- Отчего же не процитировать, если к месту и вовремя?! Les mots eux-mêmes veulent être prononcés (Слова сами просятся!)
Тем временем в окрестностях горы погода стала резко меняться. Солнце заволокло тучами, слева и справа возникали, протыкая пространство, тонкие лучи молний, грохотнуло раз-другой, и с неба обрушился ливень. Стеной, как из ведра. Как из гигантского бездонного ведра.
Селяви поёжился и подсел поближе к Василию, тот не шелохнулся.
- Ну что, будем мокнуть? – тявкнул Селяви.
- Так уже! – ответил Василий и сжал в ладонях брючину – между пальцев засочилась вода и тут же смешалась с дождём. – Qu'est-ce que c'est (И что это?) Гнев?
Василий выразительно поднял указательный палец вверх.