— Ну, батюшка, просветил темноту. Спасибо! — поблагодарил старца за содержательную беседу Петр Семеныч.
— Не за что, внучок, не за что, — ответил батюшка, отворачиваясь к окну.
Машины уже давно съехали с трассы, на всех парах проскочили Тереховку и углубились в лес. Вскоре закончилась посыпанная гравием дорога и пошла разбитая тяжелыми лесовозами раскисшая весенняя грунтовка. Кое-где даже мощные японские внедорожники буксовали в заполненных кашеобразной грязью глубоких ямах. Но, в конце концов, оба автомобиля прорвались к домику егеря. Заслышав шум подъезжающих машин, Вольф вышел на улицу.
— Вольфыч, принимай гостей! — громогласно заявил Петр Семеныч, вылезая из машины. — Теперь, я надеюсь, тебе полегче будет вахту нести. Это товарищи из органов…
— ФСБ? Милиция? — слегка напрягся бывший бригаденфюрер.
— Хватает и тех, и других, — ответил Министр. — Да не напрягайся ты так, они помочь нам хотят. Для них Родина, знаешь ли, тоже, не пустой звук. Знакомься: Мысливчик Александр Александрович, капитан милиции, Сидоренко Сергей Валентинович, майор особого отдела ФСБ! А это — уникальный человек, — представил банкир подошедшего монаха, — батюшка Феофан, большой знаток упырей и всякой нечисти. Сгорает от желания познакомиться с Петером.
— Ну, это только ночью, у Петьки сейчас…
— Вампирский сон, — опередил Вольфа батюшка, — им Господом положено какое-то время полежать мертвецом. Релаксация, так сказать, для восстановления физических сил.
— Да он и днем может, только сил много уходит, — пояснил Вольф. — На одной крови животных далеко не уедешь, так Петька говорит.
— У-у-у! — уважительно протянул батюшка Феофан. — Так он Высший Вампир. Интересно вдвойне с ним пообщаться. И вы, уважаемый…
— Владимир Вольфович, — подсказал егерь. — Можно просто Вольфыч, я уже привык к этому имени.
— … уважаемый Вольфыч, утверждаете, что он полностью вменяемый? Такой же, как и до обращения?
— Я его всю жизнь знаю, каким был, таким и остался! Только, когда голоден, он становиться немного агрессивным, а так…
— Значит он — сильная личность, если Патриарху так и не удалось окончательно сломить его волю.
— Нет, Петька это дело немного по-другому объяснил: в присутствии Патриарха он полностью теряет волю.
— Почти все вампиры полностью зависимы от своих Патриархов, — сказал старец. — Ситуация меняется лишь в одном случае, когда оперившийся «птенец» превосходит Патриарха в силе. Тогда он может попытаться и бросить ему вызов. А если получится — он занимает его место. Но такие случаи — редкость! И «птенцы» всецело зависят от Патриарха.
— А чего мы на улице беседуем? — опомнился Вольф. — Прошу в дом! Перекусите с дороги свежим мяском…
— Спасибо, Вольфыч! — поблагодарил егеря Сидоренко. — Вы идите в дом. Сейчас парни выгрузят оборудование, и мы к вам присоединимся. Электричество в доме есть?
— Если нужно, заведу генератор, — ответил Вольф.
— Если не затруднит! — попросил Сергей Валентинович. — Мы тут для вашего друга привезли донорской крови, нужно подзарядить аккумулятор переносного холодильника.
— Сейчас сделаю! — произнес Вольф и скрылся в пристройке.
Через секунду оттуда донесся звук рычащего дизель-генератора.
После сытного обеда Сидоренко попросил егеря отвести группу к месту перехода.
— У меня к вам масса вопросов, — сказал майор, — но лучше разговор отставить на потом, когда проснется ваш друг. А чтобы не терять понапрасну времени, мы хотели бы осмотреть врата.
— Собирайтесь, здесь не так уж и далеко, — согласился Вольф. — К вечеру вернемся.
— А как вы все это время держали ворота под контролем в одиночку? — старательно обходя грязь, поинтересовался Сидоренко. — Как вы узнаете о предстоящих проникновениях?
— Да плохо мне становиться, — признался Вольф, — крутит, корежит всего. Когда Штрудель, это профессор немецкий, изобретатель машины, — пояснил он, — машину разогревать свою начинает, тут-то меня и сворачивает в бараний рог. А немцы эти, которые из этого мира в Рейх подались, хоть и другим способом ворота отворили, но корежило меня ничуть не меньше.
— Интересный побочный эффект, — произнес Сидоренко. — А у друга вашего что-нибудь подобное есть?
— Нет, он как вампиром стал, так вообще ничего не чувствует! Никаких болезненных ощущений. Даже пулевые раны не болят. Говорит, что от ран он лишь слабеет…