— Я стараюсь, но не всегда получается, — признался Волли. — Как-то само выскакивает.
— Работай над собой, штурмбаннфюрер! Из тебя может получиться нечто большее!
— Буду стараться, герр группенфюрер! — отозвался польщенный Волли.
— Рон, — позвал Виллигут тибетолога Шварцвальда, — действительно, поинтересуйся у нашего проводника, долго ли еще нам блуждать в этих горах? В Лхассе нас заверили, что переход не займет больше пяти-шести суток, а мы в пути уже неделю!
Переводчик быстро перекинулся парой слов с бритоголовым проводником.
— Он говорит, что если поторопимся, к вечеру будем на месте. Судя по карте, тайная обитель жрецов Агарти за перевалом.
— Дас ист гут! — обрадовано воскликнул группенфюрер, которого так же, как и Волли измотала долгая дорога по горным перевалам. — Поторопимся! Шнель! Шнель!
* * *С высоты горного перевала открывался чудесный вид на маленькую живописную долину, окруженную заснеженными горными хребтами. Проводник отчаянно жестикулировал руками, указывая путникам на многоярусную пагоду, вольготно расположившуюся на берегу быстрой горной речушки. Тайное убежище адептов Агарти одной стороной примыкало к высокой отвесной скале, с остальных сторон оно было обнесено высокой каменной стеной. Сверху отлично просматривался большой двор и жилые строения, в которых, по всей видимости, и обитала немногочисленная братия монастыря.
— Добрались! — облегченно выдохнул группенфюрер, промокая платком вспотевшее лицо.
— Только не похоже, что здесь обитают люди, — нахмурившись, произнес фон Валеннштайн, разглядывая в бинокль долину. — Ни дымка, ни движения… Никак вымерли все. И во дворе какая-то хрень в виде креста выложена… То ли из камней, то из мешков… Не могу разобрать!
— На месте разберемся, — произнес Виллигут. — Вперед!
Спуск в долину оказался легче, чем предполагали путешественники — через сотню метров проводник обнаружил старую лестницу, вырубленную прямо в скале, но местами заросшую чахлым кустарником. Лестница оканчивалась у массивных резных ворот, одна из створок которых валялась на земле, вторая же висела на одной петле, уткнувшись одним концом в каменистое плато.
— Здесь точно нет никого живого, — вновь произнес Валеннштайн, убеждаясь в истинности своего предположения. — Такая разруха…
— Да, ты, наверное, прав, — согласился с Иоахимом группенфюрер. — Но раз уж мы здесь, стоит внимательно осмотреть сию обитель.
Они прошли под высокой аркой ворот и остановились, пораженные увиденным: большой монастырский двор оказался завален человеческими костями, облаченными в выгоревшие на солнце полевые эсэсовские мундиры.
— Вот это номер! — не удержался от удивленного возгласа Волли. — Да их тут не меньше тысячи!
— Ты угадал, — Виллигут присел на корточки возле одного из скелетов. Достав нож, группенфюрер пошерудил им останки и снял с рассыпавшегося фалангами пальца орденский перстень СС. — Это пропавшее в 38 году подразделение СС «Черное Солнце», — пояснил он, — состоящее из выходцев с Тибета. Их было чуть больше тысячи… Вот, значит, где они нашли свой конец.
Человеческие останки лежали на земле ровными рядами, образуя правильную геометрическую фигуру — равнолучевой балочный крест. Такие кресты гордо носили на своих бортах победоносные танки и самолеты Вермахта. Осторожно, стараясь не наступать на пожелтевшие кости, группенфюрер добрался до центра жуткой фигуры. Пребывающий в центре скелет был одет в парадный эсэсовский мундир без знаков различия и лежал лицом вниз, поджав под себя руки. Без тени брезгливости Виллигут перевернул костяк. Как и предполагал группенфюрер, кисти мертвеца были облачены в истлевшие зеленые перчатки. Ругаясь в пол голоса, Виллигут пошел обратно, старательно глядя под ноги.
— Что там, герр группенфюрер? — спросил Волли.
— «Хранитель Ключей» ушел вместе со всеми! — недовольно ответил Вейстхор. — Я узнал его по зеленым перчаткам… Дьявол! Неужели все напрасно? Валеннштайн! Готовьте ночлег… В общем, не стойте истуканами! Выполняйте!
Штандартенфюрер рявкнул на бойцов, выводя солдат из ступора, охватившего их при виде груды старых костей. Они засуетились, подгоняемые командами Валеннштайна и Веккера. С группенфюрером остался лишь Волли, переводчик и проводник.
— Герр группенфюрер, а кто их так? — спросил Волли.
— Сами… Разве не видно? Смотри возле каждого тела нож. А некоторые пальцы до сих пор сжимают рукояти…
Тибетец-проводник что-то по птичьи защебетал, указывая грязным пальцем в центр зловещей фигуры, выложенной на пыльной земле мертвыми телами.