— Сами не знаем, на два — три месяца, сомнительно чтобы больше.
— Ну что ж пошли в город, или у вас есть какие-то вещи, которые надо забрать?
— Надо забрать дедушкину печатку и бабушкину папку с бумагами. Вы не бойтесь, это быстро. Я бегом. — Проговорил мальчишка и развернулся бежать.
— Постой, — остановил его я. — Садись на меня верхом.
Через три минуты мы были у искусственной пещеры, больше напоминающей волчье логово. Мальчишка соскочил с меня и побежал собираться. Не прошло и минуты, как он уже вышел. Обратно мы добирались несколько дольше, так как он два раза ронял печатку и какой-то пакет. Один раз я её едва нашёл даже по запаху.
Ещё через два часа мы были у постоялого двора. Мальчишка ехал на нас с отцом и Шурданом по очереди, а Шреда нёс Лео. Когда мы всей компанией ввалились в зал, хозяин постоялого двора сперва поморщился, увидев уже трёх собак и то мелкое, грязное чудище, что пришло с нами, затем, видимо вспомнив как кланялся Крону наместник, расплылся в подобострастной улыбке. Подбежал к нам навстречу и спросил, что нам угодно. Крон заказал еды для всех, и на этот раз нам ждать, почти не пришлось. Когда наши новые товарищи, съев свою порцию, намекнули, что неплохо бы и повторить, Крон сказал что хватит, иначе животы разболятся. Велев принести в нашу комнату корыто и тёплую воду, мы пошли наверх. Воду тут же принесли две служанки, поставили на пол и быстренько убежали чему-то хихикая, ещё через минуту они принесли корыто. Лео взялся за Вира, так звали мальчишку. Его полусонного раздел, все его лохмотья свернул в комок и отнес к двери. Коротко обстриг волосы, подравнял ногти, Потом посадил в корыто и хорошенько вымыл. К концу процедуры тот уже спал крепким сном. Рядом в небольшом тазике Крон вымыл Шреда, который тоже засыпал на руках. Шурдан, как истинный пёс, даже в диких условиях оставался чистым.
Когда водные процедуры были закончены и дети спали, Крон с Лео, Лорбандом и мной отправился на вечерний приём к наместнику. Туман остался охранять сон малышей, так как от Шурдана, осоловевшего от сытной еды, охранник был тот ещё. По дороге, мы зашли в дом десятника, чей десяток убил деда и бабку Вира, вскрыли сундук и забрали меч старика. Вир вырастет, будет им сражаться. Когда мы пришли к наместнику, нас тут же провели к нему. В кабинете, кроме него, присутствовали ещё одиннадцать человек. Один мне сразу не понравился, двое вызвали насторожённое чувство, а остальные — ничего. Показав Лео глазами на того, кто мне не понравился, я изобразил воспитанную собаку, отошёл в сторонку и лёг на пол. Правда, отошёл так чтобы оказаться по максимуму сзади от него. Лео прямо подошёл к нему и спросил, кем он приходиться личному секретарю господина наместника.
— Господин наместник, — возмутился тот. — Что это за мальчишка задаёт мне вопросы, я не обязан отвечать на них. Моё усердие Вам хорошо известно, как и лояльность. Прошу защитить меня.
— Отвечать придётся, — говорит Лео и без предупреждения бьёт его сначала рукой в подбородок, а потом магией по голове.
Это оказывается более эффективно, чем чисто магией. Тот был готов к магическому поединку, получив же простой удар в голову, потерял концентрацию и пропустил магический удар. Мы с Кроном наготове, но Лео справился сам. Парализующие чары, подчиняющие заклинания, затем резким ударом из него выбиваются все наложенные на него чары. Не все, к сожалению, остаются чары самоуничтожения, которые тут же выжигают ему мозг. С монстра спала личина человека, его соседи с воплями бросились в разные стороны, Лорбанд обнажил меч. Тут двое, показавшиеся мне подозрительными, кинулись на Лео, но мы начеку. Одного оглушил Крон, другому я вскрыл горло. Это просто люди.
Оглушённого Кроном человека, освободили от наложенных на него заклятий и отправили в отставку. Значит, второго можно было и не убивать. Ладно, уже поздно.
После настойчивых просьб всех собравшихся, Крон пересмотрел своё решение относительно экс лейтенанта Борда, и разжаловал его только до сержанта. Быстренько пробегаю по всем помещениям ратуши, проверяю следы. Нахожу следы только двоих уже разоблачённых слуг Врага, но тех на кого наложены чары, найти труднее. Только поздней ночью, выжатые как лимон, возвращались на постоялый двор. Все предложения наместника переселиться к нему Крон отклонил — нам скоро уезжать. Сержант Лорбанд, уже получивший бессрочный отпуск и кучу отпускных, провожал нас, или мы его, он жил через четыре дома от постоялого двора. По дороге он, наконец, осмелился заговорить о проблеме, что мучает его последние часы.
— Ваше Превосходительство, как мне быть? — Начинает он. — Я вдовец, жена умерла родами шесть лет назад, а больше я не женился, раньше мне помогала моя мать, но год назад и она умерла. В общем, я сейчас живу вдвоём с дочкой, ей шесть лет, и она весьма самостоятельная и смелая девочка, но родственников у меня в городе нет. Я, конечно, могу попросить кого-нибудь из наших ребят…
— О чём просить? Бери её с собой, там поместитесь, да и ей там будет веселее. — Прекратил дискуссию Крон. — Завтра день на сборы, а послезавтра с утра в дорогу. Боюсь я вас надолго оставлять в городе, скоро сюда тайно явиться кто-нибудь из слуг Врага разведывать и узнавать. Открыто пакостей делать не будет, а вот тем, кто с нами контактировал, могут и отомстить, если найдут. Ну а с моим родственником, Виром, расправятся наверняка.
Проводив его до дома, мы, не торопясь, отправились к себе. Не успели мы пройти и ста метров, как сзади послышались шаги четырёх человек, спереди, в подворотне, стояло ещё трое. Эти идиоты, видимо, только что вернулись в город, поэтому не попали в облаву и обыски, но и того, что произошло в городе толком не знали. Иначе бы не осмелились всего всемером нападать на тех, кто вдвоём разгромили всю банду.
— Депутация восхищённых граждан желает поднести цветы героям-освободителям. Трое спереди, четверо сзади. Усталые, только что вернулись в город, даже не переоделись. — Предупредил я наших. — Правда, пышут энтузиазмом.
— Кончатся они когда-нибудь или нет! — Возмутился Крон. — Кто-то говорил, что их всего полсотни, а мы уже более уговорили, а ещё новые прут. Ладно, мне передние, вам задние. Лео, не расслабляйся, может быть магия.
Мы остановились. Лео повернулся к задним. Трое вышли из ниши и пошли к нам, идущие сзади прибавили шаг. У всех в руках были мечи и кинжалы.
— Чего вам, девушки? — Голосом гимназистки — отличницы спросил Лео. — У нас нет сладких орешков для вас, милашки.
Шестеро обижено взревели и ринулись вперёд, но седьмой, видимо старший, цыкнул на них. Он подошёл ближе.
— Вы сегодня очень обидели хороших людей. — Со злобной улыбкой сказал он. — Мы друзья этих людей и хотим вам объяснить вашу ошибку.
— Ах, извините, барышни, это были, наверное, ваши женихи. — Продолжал паясничать Лео. — Ничего, найдёте себе новых. Чтоб такие милашки, да остались без мужской ласки. Такого просто быть не может.
Оскорблённые мужики, не слушая больше окриков старшего, просились в атаку, замахиваясь мечами. Ошибка их заключалась в том, что, видя перед собой всего двоих, они не задумались над тем, почему они не трусят и не убегают, и на что эти двое способны. Первым закончил Лео, проход четырёх (больше не было) свечей и на мостовой лежат три трупа и один инвалид или будущий труп. Крон отстал секунд на пятнадцать, противники у него были несколько опытней, но это их не спасло. Наконец мы смогли подняться в свою комнату и лечь спать.
Глава 4 Попутные дела.
Утром Крон, как обычно, встал до восхода солнца, разбудил Лео и они отправились на задний двор размяться в учебном бою. Потом Лео сходил к хозяину и заказал еду на всю компанию в комнату. Шурдан проснулся вместе с нами, сбегал на улицу и сел рядом со спящими сыном и Виром, переводя взгляд с одного на другого. (Те спали в обнимку на одной кровати). Когда нам принесли еду, взгляд его переместился на неё и уже не отрывался. Поголодать ему, видимо, пришлось много. Лео положил ему его порцию, а сам пошёл будить детей. Вдруг он остановился, не дойдя до них, на лице его появилась хитрая улыбка, он вернулся, отрезал по вкусному кусочку пирога Виру и колбаски Шреду. Осторожно подойдя к их кровати, он положил кусочки прямо под самые носы. Смешно было наблюдать, как носики сначала робко шевельнулись, потом начали подрагивать, потом сильно дёргаться. Первым схватил свой кусок Шред и, только когда кусок оказался в пасти, малыш, наконец, проснулся. Вскочил, давясь куском, огляделся по сторонам, и блаженно сел на хвостик.