— И сколько же стоит ночёвка в этом клоповнике?
— Серебряный перстень с человека в сутки. — Ответил трактирщик, несколько сбавив тон.
— Отлично, приготовьте комнату, позаботьтесь о лошадях и багаже. — Властным тоном приказал Лео. И добавил: — Пошлите с нами какого-нибудь мальчишку, показывать дорогу. Нам ещё надо нанести несколько визитов.
Трактирщик был уже само почтение. По его окрику, прибежали двое конюхов и забрали запасных лошадей, юноша отнес в комнату седельные сумки, мальчишка-половой пританцовывал от нетерпения показывать дорогу. Лео бросил трактирщику золотой перстень и распорядился:
— Мы вернёмся часа через два — три, к этому времени должно быть по жареной курице нам, по холодному варёному бараньему боку без специй для наших друзей (кивок на нас с Герой) и чистая постель. И учтите, мы с сестрой не привыкли ждать.
Когда мы выехали за ворота трактира, Лео велел мальчишке отвести нас к дому наместника. Тот, как оказалось, жил в самой ратуше. Через пятнадцать минут мы были около неё. Лео дал мальчишке серебряный перстень, предупредив, что это только аванс. Оставив лошадей на него, мы прошли к ратуше. Несмотря на поздний час в окнах ещё горел свет, Лео попытался спокойно пройти мимо стражников, однако, вежливо, но решительно был остановлен молодым румяным бойцом, потребовавшим объяснить, какая у него надобность в ратуше и к кому он там идёт. Лео спокойно остановился, повернулся к стражнику и предложил позвать сержанта. Тот появился буквально через пол минуты.
— Ратуша не относится к постройкам, допуск в которые производится по пропускам, так же не является она и частным владением. По чьему распоряжению меня не пускают в ратушу?
— Да ты кто… — Начал повышать голос сержант, но был остановлен Лео.
— Тс-с-с… — Произнёс он. — Не надо повышать голос, особенно когда ты не прав. Это может плохо сказаться на здоровье и долголетии, а теперь быстренько проводи нас к наместнику, или у тебя будут очень большие неприятности.
Сержант растерялся, решив не связываться с человеком, который так решительно разговаривает с ним, он кивнул и пошёл наверх по лестнице. Пройдя первый пролёт, он обернулся и заметил нас с Герой. Остановился и с самым решительным видом преградил путь Лео.
— Попрошу вас оставить собак на улице, здесь государственное учреждение и вход в него всем, кроме людей запрещён. — Решительно заявил он.
— Плохо, когда сержант городской стражи не знает законов, а ещё хуже, когда он их начинает придумывать. — Сказал Лео, обращаясь к Лие и обходя сержанта, как стоящий на дороге столб.
Сержанту это не понравилось, он начал наливаться красным цветом, тяжело задышал, видно давно его так не оскорбляли. Когда его рука потянулась к мечу, пришлось принять меры. Я встал на задние лапы, передние ласково положил к нему на плечи и прошептал ему на ушко: "Увянь, отчаянный, не доводи меня до греха, будешь много говорить сейчас, — будешь много кричать потом, когда я тебе я… откушу. Всё понял?" Тот судорожно закивал головой. Наши, тем временем почти дошли до кабинета наместника, оставалось только преодолеть секретаря. Помня секретаря в Бордо, я проверил и этого, но он оказался обычным человеком. Но дорогу он нам заступил очень решительно.
— Простите, господа, но его превосходительство закончил приём посетителей уже три часа назад, я вас пропустить к нему не могу. Лучше и не просите.
— А мы и не собираемся просить об этом. Мы собираемся этого потребовать. — Ответил Лео и, властным движением отодвинув секретаря с дороги, прошёл в кабинет к наместнику.
В большом, полупустом помещении за огромным письменным столом сидел полный сорокалетний мужчина, одетый в халат и домашние тапки. Когда мы вошли, он поднял на нас умные усталые глаза и принялся нас разглядывать.
— Как я понимаю, законы для вас не писаны, врываетесь в не приемное время, вооружённые и ещё и в сопровождении собак. — Проговорил он. Увидев у нас за хвостом сержанта, он распорядился: — Сержант, вызовите дежурный десяток и пусть их вышвырнут отсюда.
Сержант повернулся, чтобы выполнять это распоряжение, когда раздался спокойный голос Лео:
— Эй, служивый, не торопись выполнять приказы, которые тут же будут отменены. — Усмехнувшись, произнёс он и, повернувшись к наместнику, сказал: — Я думаю, вы сами его отмените, когда услышите, что мы не нарушили ни один закон, когда пришли сюда. Пораскинь мозгами, кто имеет право приходить к королевским служащим в любое время и с любым оружием. Послать на невыполнимое задание десяток ты всегда успеешь.
На лице наместника отразилась внутренняя борьба, он явно вспоминал статьи закона. Давалось ему это с большим трудом, наконец, так и не вспомнив половину, он кивнул головой сержанту и бросил: "Действуй!" Моё терпение тоже имеет предел. Когда сержант, выйдя на площадку лестницы, стал громкими командами вызывать к себе дежурный десяток, я отвернулся от них, представил лист бумаги, на нем текст, что из-за злости удалось легко и Большую Королевскую Печать. В письме было следующее: "Последнее предупреждение, ещё одно нарушение закона и Королю-Наместнику придётся подыскивать нового наместника для Дорби, ввиду преждевременной кончины предыдущего. К.в. Н." Письмо я, не запечатывая, послал прямо на его стол и положил прямо перед ним. В запарке он его не заметил. Когда в дверях появились первые стражники, я магией сорвал со стены тяжелый палаш и с огромной силой вогнал его в письменный стол наместника, пришпилив им угол приказа. Наместник тупо уставился на палаш, вонзившийся в стол, повёл взглядом по нему вниз, чтобы оценить размеры повреждения и тут, наконец-то, его взгляд зацепил приказ. Он вскочил, наклонился над столом, схватился за листок, потом, видимо, побоявшись рвать угол королевского приказа, начал вынимать палаш из стола. Раскачав его по плоскости лезвия, наместник сумел выдернуть его. После этого наступила немая сцена. Приказ прочитать было делом трёх секунд, но вот понять… Через три минуты, сержант дёрнув Лео за рукав, проговорил:
— Ну ладно, парень, давай вали отсюда, а то сейчас поможем.
— Нет, стой. — Опомнился наместник, и обратился к Лео: — Простите, как вас звать?
— Можешь обращаться ко мне: "Ваше Высокопревосходительство Господин Вольный Защитник Первого Ранга", а когда дурь и спесь из тебя вылетят, сможешь называть меня просто Лео. А теперь быстренько вызывай сюда своих лейтенантов и сержантов, да пусть срочно отзовут из увольнительных всех стражников. Сержант, распорядись! Да бегом, дубина!! А вы можете почтительно пригласить нас присесть и изобразить на лице искреннее внимание.
— Да, пожалуйста, Ваше Высокопревосходительство, присаживайтесь, может желаете чего-нибудь перекусить.
— Садись Лия, нет, есть мы не будем. Кари, Гера, извините его, наместник явно давно не читал закон и не помнит некоторые его статьи.
Легко ему говорить, «извините», а если псовый топчан, положенный по закону в каждом правительственном учреждении, завален всем, чем, не попадя, от каких-то бумаг, до горшков с цветами. Подумав, я подошёл к топчану, зубами сдёрнул за угол какую-то папку и демонстративно бросил её на пол. Поглядев на наместника, ожидая реакции я понял, что он слишком обалдел от всего происходящего, чтобы ещё и возмущаться поведением собак. Лео пришёл мне на помощь.
— Господин наместник, может вы всё-таки будете соблюдать закон и обеспечите вышестоящих, пришедших к вам по делам, местами передохнуть? — Поинтересовался он. — Закон гласит, что пришедшему в правительственное учреждение псу обязаны предложить место, не унижающее его достоинство. Или тогда давайте тоже устраивайтесь на полу.
— Я Вас не понимаю… — Пробормотал наместник. — Какое место, кому?
— Моему Другу. — Громко ответил Лео. После этого он решительно подошёл к топчану и начал скидывать с него всё на пол.