На пьедестал подымались подхалимы и льстецы, бездари и трусы, мнимые таланты и лжепатриоты…
Разве в подобной ситуации мог кто в Кремле думать об отважных защитниках Брестской крепости. Тем более, что некоторые из них попали в плен. Но умер страшный диктатор. Повеял ветер очищения. Стали пробиваться и ростки правды о защитниках Брестской крепости, появились документы, живые свидетели трагических событий сорок первого года на Буге.
В августе 1955 года Петра Мироновича избрали первым секретарем Брестского обкома партии. Наряду с другими вопросами он занялся и расчищением завалов к истине об обороне Брестской крепости. В обкоме накопилось много писем и заявлений от родных, близких и знакомых участников героического сражения. Они просили указать могилы погибших, сообщить хоть какие-небудь сведения о них, спрашивали о непонятном для них замалчивании и забытье о людях, сложивших головы за Отечество. Петр Миронович прочитал все до единого эти письма, потом посетил место сражения. Его, столь много видевшего ужасов войны, поразила картина разрушений: огромные остовы изрешеченных снарядами, осколками и пулями стен, кучи битого кирпича и обломки цементных плит, развороченные проемы внутри зданий, повисшие остатки дверей и повсюду ржавые куски железа. Во многих местах общее запустение скрадывала высокая трава и мелкие растения. Ему показали простреленные каски и почти уже сгнившие гимнастерки, солдатские котелки и винтовки, гильзы и кусок саперной лопаты. На одной из стен он прочел надпись: «Умираем, но не сдаемся!» 30.VI.1941».
А в обком продолжали идти письма. Потом начали поступать и вещи защитников крепости. Принесли простреленный пулей комсомольский билет лейтенанта А. Ф. Наганова, записи некоторых бойцов и командиров. А вскоре явился и живой защитник. Это был Родион Ксенофонтович Семенюк. Он рассказал Машерову о тяжелых и кровопролитных боях небольшой горстки храбрецов с превосходящими в десятки раз силами противника.
— Горели и рушились казематы,— опустив голову, говорил Семенюк,— немцы забрасывали окопы, форты и другие укрепления канистрами с бензином и бочками с воспламеняющимися веществами, а потом зажигали их трассирующими пулями. Потом был взорван склад с боеприпасами. Нас остались единицы раненых и еле живых. Я, собрав все силы, постарался со своими товарищами Флеворковым и Тарасовым закопать в землю знамя 393-го особого артиллерийского дивизиона, в котором служил командиром орудия.
Родион Ксенофонтович попросил Машерова найти часть, чтобы отдать знамя. Вот тогда и возникла мысль у Петра Мироновича создать музей обороны Брестской крепости. Эту идею горячо поддержали старожилы города на Буге, многие энтузиасты, и в частности Аркадий Крупенников. Их горячее стремление и помощь со стороны первого партийного лица области позволили уже 6 ноября 1956 года открыть музей обороны Брестской крепости. Но чем больше стали собирать документов и материалов об этом событии, тем нагляднее становилась его непреходящая и немеркнущая слава. Сейчас трудно сказать, как бы сложились обстоятельства, если бы к этому делу не приложил свою трудолюбивую и талантливую руку, напористость и высокую ответственность писатель Сергей Сергеевич Смирнов. Этот честнейший человек, с благородными порывами души, заново открыл народу много неизвестных тайн героических страниц борьбы советских людей против своих поработителей. В пору косности и безразличия, шаблонного мышления ему очень трудно было публиковать свои поистине бесценные для истории страницы. И Смирнов, преодолевая трудности, открывал все новых и новых героев. Судьба свела Петра Мироновича и Сергея Сергеевича, которые стремились к единой цели. Машеров, желая раздвинуть рамки гласности о защитниках Брестской крепости, попросил Смирнова для начала выступить по радио.
— Боюсь, не пробиться мне до микрофона,— усомнился Сергей Сергеевич.
— Только согласитесь, а в остальном я договорюсь с кем следует,— заверил Машеров.
Такое выступление состоялось. Дальше пошли статьи Смирнова, целые очерки и рассказы, а чуть позже он опубликовал книгу «Крепость на границе». «…Я был удельником войны и немало видел в те памятные дни,— писал Смирнов в ней. — Но именно подвиг защитников Брестской крепости как бы новым светом озарил все увиденное, раскрыл мне силу и широту души нашего человека, заставил с особенной остротой пережить счастье и гордость принадлежности до великого, благородного и самоотверженного народа, способного творить даже невозможное».
Великий наш полководец маршал Советского Союза Г. К. Жуков сделал надпись в этой книге: «Хорошая, правдивая и полезная книга. Прочитал ее с большим волнением. 5.XII.57 г.». Сейчас эта прекрасная и поучительная книга является одним из многотысячных экспонатов музея.