— Сам воевать уже не смогу, годы не те, а вот эта штуковина, думаю, вам пригодится.
— Где раздобыл, папаша, оружие? — поинтересовался Петр Миронович.
— Купил за десять литров первача,— шутливо произнес бородач.— Да еще полпоросенка отдал на закуску.
— Сам гонишь самогон или соседки? — снова задал вопрос Машеров.
— Много хочешь знать, молод еще,— недовольно проворчал крестьянин и сам пошел в наступление: — Берешь оружие или нет? Заартачишься, то отдам другому командиру.
Петр Миронович подошел к бородачу и крепко обнял его:
— Спасибо вам большое за заботу и поддержку партизан, за смекалку и добрые помыслы.
Крестьянин на радостях вытащил из-за пазухи плоскую бутыль, наполненную вишневого цвета жидкостью и всунул ее в карман тужурки Машерова.
— Это лекарство от простуды или натирание при радикулите. Им можно и промывать раны.
— А стаканчик причаститься можно? — послышался чей-то голос.
— Даже два, если разрешит командир, — показал бородач рукой на Ф. Г. Маркова.
— С этим у нас строго,— покачал головой Федор Григорьевич.— Можно попасть под суд.
— Наверное, это и лучше,— согласился бородач и пригласил партизан на обед, уточняя: — Доедим вторую часть кабана, которая осталась после покупки пулемета.
Позже Петр Миронович выяснил, что крестьянин действительно купил пулемет у оккупантов. Кстати, это был не единственный случай подобной сделки. Немецкие солдаты продавали втихаря винтовки и патроны к ним, обувь и обмундирование, соль и медикаменты, плащпалатки, повозки и прочую амуницию. Особенно легко можно было купить гранаты, ибо они расценивались как средство для глушения рыбы. Здесь формально мало рисковали обе стороны. Во время рейда были собраны сотни гранат и десятки винтовок, тысячи патронов и несколько пулеметов. По всем селам пронеслась молва, что десятки тысяч партизан идут на запад. Рейд нагнал на захватчиков ужас и панику. Они в страхе удирали в крупные гарнизоны, укрепляясь там в ожидании нападения. Во многих местах оккупанты побросали свои склады, обустроенные казармы и жилища. К радости народа, немцы на время забыли о своих оккупационных функциях, Как говорится, не до жиру, быть бы живу.
«Рейд дал хороший результат,— писал позже Иван Фролович Климов.— Он убедительно показал, что значение рейда в Свирский и Островецкий районы исключительно велико. Началось быстрое разложение вражеских гарнизонов на той территории».
Они, окопавшись и забаррикадировавшись, сидели как крысы в своих норах. Например, более двух месяцев гитлеровцы не выходили из Мяделя. Но голод — не тетка. Преодолевая страх, оккупанты, все-таки договорившись с немецким командованием в Поставах, решили пойти на риск. Они, воспользовавшись обильным снегом, отправились из Мяделя в путь. Пересеченная местность, по их мнению, обеспечивала скрытность. Но гитлеровцы глубоко ошибались. Партизанская разведка уже знала об акции. Поэтому партизаны устроили засаду. Сначала под их пули попали фашисты, ехавшие с продовольствием из Постав, а после — фашисты, ехавшие из Мяделя. Застигнутые врасплох, они в панике бросили подводы и разбежались. Партизанам достались большие трофеи. Не дождавшись в условленном месте своих собратьев-грабителей, озлобленные гитлеровцы повернули обратно в Мядель с пустыми повозками. Но их также ожидала тяжелая участь. Подпустив любителей легкой наживы метров на двадцать-тридцать, партизаны открыли ураганный огонь. Лишь двум оккупантам удалось уйти живыми. Было взято три автомата, четырнадцать винтовок, пулемет и другие трофеи. Пытаясь отомстить партизанам и подобрать свои трупы, фашисты быстро сконцентрировали свои силы и бросились в бой, прикрываясь бронемашинами и танками. Бой длился семь часов и закончился полным разгромом противника. Более двух десятков гитлеровцев было убито и еще больше ранено. В этом тяжелом бою проявили тактическую грамотность и мужество командир отряда имени В. И. Чапаева Николай Григорьевич Сидякин, партизаны и командиры Степан Малыгин, Викентий Крупский, Николай Леонов и другие. Взвод Леонова, оказавшись в трудном положении, не дрогнул. У партизан осталось по нескольку десятков патронов, а у пулеметных расчетов они вообще кончились. Командир взвода приказал отдать все патроны пулеметчикам, оставив на винтовку по обойме. После этого взвод молниеносным броском занял кладбище, а оттуда, прикрываясь плотным залпом пулеметного и автоматного огня, перешел в атаку. Фашисты, не выдержав напора партизан, пустились в бегство.