— Андрей… — прошептала она.
— Что, зайка? — его голос был хриплым, низким.
— Я хочу чувствовать тебя. Всего.
Андрей подхватил её на руки, и Галя обвила его торс ногами. Он понёс её к кровати и медленно, бережно опустил на белоснежные простыни. Она лежала перед ним, обнажённая, раскрытая, ожидающая.
Он встал на колени перед кроватью. Его взгляд снова скользнул по ней — от лодыжек к коленям, к влажным трусикам, к животу, к груди. Его руки легли на её бёдра, раздвигая их.
— Ты даже не представляешь, — прошептал он, — как я мечтал об этом. О том, чтобы видеть тебя такой. Свободной. Открытой.
Он наклонился и поцеловал её внутреннюю сторону бедра — горячо, влажно, оставляя дорожку из поцелуев, поднимаясь всё выше. Галя застонала, вцепившись пальцами в простыни.
— Андрей, пожалуйста…
Он убрал кружево в сторону, обнажая её полностью, и провёл языком по её влажной щели. Медленно, глубоко, от входа до самого клитора. Галя выгнулась дугой, закричала от неожиданного наслаждения.
— Тише, — прошептал он, не отрываясь от неё. — Я только начал.
Его язык работал с ней, лаская, вылизывая, втягивая её соки. Он вводил в неё один палец, потом два, двигая ими в такт движениям языка, надавливая на те самые точки, которые заставляли её кричать. Галя чувствовала, как напряжение внутри неё растёт, становится невыносимым, восхитительным.
— Я сейчас… — выдохнула она.
— Кончай, — приказал он, усиливая давление языка. — Кончай для меня.
И она кончила. Громко, ярко, выгибаясь всем телом, вцепившись в его волосы, чувствуя, как волны оргазма сотрясают её изнутри. Его пальцы продолжали двигаться внутри неё, продлевая удовольствие, пока она не обмякла, разбитая и счастливая.
Андрей поднялся над ней. Его губы блестели от её влаги, глаза горели тем самым тёмным огнём.
— Теперь моя очередь, — сказал он, быстро стягивая брюки и боксеры.
Он был огромным. Твёрдым. Возбуждённым до предела. Галя смотрела на него, и желание, уже утихшее после оргазма, вспыхнуло снова, острее, ярче.
— Я хочу тебя внутри себя, — прошептала она. — Пожалуйста.
Андрей взял презерватив из тумбочки, но Галя остановила его руку.
— Нет, — сказала она, глядя ему в глаза. — Я хочу чувствовать тебя. Без ничего. Я на противозачаточных. Я хочу только тебя.
Андрей замер. В его взгляде мелькнуло удивление, а потом — такая нежность, что у Гали сжалось сердце.
— Ты уверена? — спросил он хрипло.
— Да, — она потянулась к нему. — Я хочу, чтобы между нами больше не было барьеров.
Андрей отбросил презерватив. Придвинулся к ней, и его член упёрся в её влажный, раскрытый вход. Он посмотрел ей в глаза.
— Я люблю тебя, Галчонок, — прошептал он.
— Я тоже, — ответила она.
И он вошёл в неё. Медленно, чувствуя, как её влажные стенки раскрываются, принимая его. Галя выгнулась, ощущая его огромный член внутри себя, ощущая, как он заполняет её всю. Как он принадлежит ей, а она — ему.
Он начал двигаться. Сначала медленно, глубоко, давая ей привыкнуть к нему, к его размеру, к его ритму. Галя чувствовала каждое движение, каждую пульсацию его члена внутри себя. Её ноги обвили его бёдра, притягивая ближе.
— Быстрее, — прошептала она.
Андрей зарычал и ускорился. Его движения стали глубже, жёстче, ритмичнее. Он трахал её с той дикой, необузданной страстью, которую так долго сдерживал. Их тела двигались в унисон, мокрые, горячие, сливающиеся воедино.
Галя чувствовала, как внутри неё снова нарастает напряжение. Его член то входил до предела, то почти выходил, и каждый раз она сжималась вокруг него, стремясь удержать.
— Андрей, я…
— Кончай, — прошептал он, наклоняясь к ней. Его рука нашла её клитор, массируя его в такт его ритму. — Кончи для меня ещё раз, солнце моё.
Она кончила с криком, чувствуя, как её тело выгибается, как мышцы сжимаются вокруг его члена, пульсируют, втягивая его ещё глубже. Андрей зарычал и кончил вместе с ней, чувствуя, как её оргазм подхватывает его, заставляя излиться глубоко внутри неё.
Они лежали неподвижно, тяжело дыша. Андрей не вышел из неё, лежал сверху, опираясь на локти, и смотрел ей в глаза. Его лицо было влажным от пота, его дыхание — хриплым.
— Ты — богиня, — прошептал он. — Ты слышишь меня? Ты — самая совершенная женщина в моей жизни.
Галя улыбнулась, чувствуя, как по щеке скатывается слеза. Слеза счастья.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— И я тебя.
Он вышел из неё медленно, нежно, и лёг рядом, притягивая её к себе. Галя уткнулась лицом в его грудь, слушая, как успокаивается его сердце. Её рука лежала на его животе, и она чувствовала, как он дрожит от остаточного напряжения.
— Знаешь, — прошептал он, — я хочу, чтобы ты осталась здесь. Навсегда. Чтобы каждое утро ты просыпалась в моей постели. Чтобы я мог любить тебя каждую ночь.
Галя подняла голову. Посмотрела в его глаза.
— Я хочу того же, — честно сказала она. — Я хочу быть с тобой. Всю жизнь.
Андрей улыбнулся. Поцеловал её в лоб.
— Тогда, радость моя, у нас с тобой есть ещё целая ночь, чтобы начать эту жизнь.
Он перевернул её на спину. Его член снова начал твердеть, прижимаясь к её бедру.
— Ещё раз? — спросил он с хищной улыбкой.
Галя рассмеялась, счастливая и свободная.
— Ещё, — ответила она и притянула его к себе. — Я хочу тебя снова. И снова. И снова.
И они любили друг друга до самого утра, забыв о времени, о мире, о всех страхах и комплексах. В эту ночь не было ничего, кроме их двоих. Их тел. Их душ. Их любви.
15
15
Утро понедельника пахло кофе и спокойствием. Галя проснулась раньше будильника, но впервые за много лет это не вызвало у неё тревоги. Рядом, зарывшись лицом в подушку, спал Андрей. Его дыхание было ровным, тёмные волосы растрепались, а на плече виднелась та самая татуировка — ветви, которые теперь казались Гале родными, как шрамы на её собственной душе.
Она тихо встала, чтобы не разбудить его. На кухне сварила кофе, достала из холодильника яйца, сыр и зелень. Пока ждала, пока кофемашина прогреется, поймала себя на мысли:«Я счастлива» . Просто. Без «но». Без «если». Без страха, что это закончится.
Андрей вышел на кухню через десять минут. Он был только в пижамных штанах, босой, с сонной улыбкой. Подошёл к ней сзади, обнял за талию, уткнулся носом в шею.
— Доброе утро, солнце моё, — прошептал он хрипло. — Ты пахнешь кофе и счастьем.
Галя рассмеялась, поворачиваясь в его объятиях.
— Доброе. Я думала, ты спишь до обеда. После вчерашнего бала…
— После вчерашнего я хочу просыпаться рядом с тобой каждый день, — он поцеловал её в губы. Медленно. Вкусно. — Но сегодня нужно на работу. У нас совещание с инвесторами. И я хочу, чтобы ты была там.
Галя замерла. Кофе в чашке дрогнул.
— На совещание? С инвесторами? Андрей, я же просто экономист…
— Ты — мой главный экономист, — перебил он, глядя ей прямо в глаза. — И ты лучше всех знаешь цифры, которые они будут слушать. Кроме того… — он усмехнулся, убирая прядь с её лица. — Я хочу, чтобы они видели, кто стоит за этими цифрами. Кто моя муза. Моя сила.
Галя покраснела, но внутри разлилось тепло. Гордость. Не за него. За себя.
— Хорошо, — сказала она. — Я буду готова.
В офис Галя пришла в костюме, чёрный брючный костюм с тонкой белой полоской, белая шёлковая блузка с глубоким V-образным вырезом, который подчёркивал её пышную грудь, но не выглядел вульгарно. Волосы она собрала в низкий пучок, оставив несколько прядей у лица. Макияж — минимум: тушь, румяна, нюдовая помада.
Когда она вошла в переговорную, все головы повернулись к ней. Не с осуждением. С уважением.
Андрей сидел во главе стола. Когда он увидел её, его глаза потемнели. Он медленно кивнул, и в этом кивке было столько гордости, что Галя едва не расплылась в улыбке.