— Коллеги, — начал он, когда все расселись. — Сегодня мы обсуждаем стратегию развития на следующий квартал. И я хочу, чтобы презентацию подготовила Галина. Она проделала невероятную работу по анализу филиалов, и её выводы легли в основу нашего плана.
Все снова посмотрели на Галю. Теперь — с интересом.
Галя встала. Взяла пульт. Включила проектор.
— Добрый день, — сказала она ровным голосом. — Начнём с ключевых показателей.
Она говорила уверенно. Чётко. Показывала графики, объясняла тренды, отвечала на вопросы инвесторов без запинки. Иногда ловила взгляд Андрея — он смотрел на неё так, будто она была единственной женщиной в комнате. И это придавало ей сил.
Когда презентация закончилась, один из инвесторов — седовласый мужчина в дорогом костюме — поднял руку.
— Галина, впечатляюще, — сказал он. — Вы работаете в компании давно?
— Три года, — ответила Галя.
— И за это время вы стали ключевым специалистом, — он кивнул. — Это редкость. Обычно такие позиции занимают люди с десятилетним стажем. Что вас отличает?
Галя почувствовала, как щёки горят. Но она не опустила глаза.
— Я люблю свою работу, — сказала она честно. — И я верю в то, что делаю. Цифры — это не просто числа. Это истории. Истории людей, процессов, решений. Я стараюсь видеть за ними смысл.
Инвестор улыбнулся.
— Отличный ответ. Андрей, вам повезло с командой.
— Мне повезло с Галиной, — спокойно ответил Андрей. — Она — сердце этого отдела.
После совещания инвесторы подходили к Гале лично. Жали руки. Благодарили. Спрашивали контакты. Галя отвечала вежливо, профессионально, но внутри ликование било ключом.
Когда последний гость ушёл, Андрей подошёл к ней. Обнял за талию, прижал к себе.
— Ты была великолепна, — прошептал он ей на ухо. — Я горжусь тобой, радость моя.
Галя повернулась к нему. Посмотрела в его голубые глаза.
— Спасибо, что дал мне шанс, — сказала она. — Я боялась, что не справлюсь.
— Ты справилась, — он поцеловал её в лоб. — Потому что ты сильная. И умная. И красивая. Всё сразу.
В обед они сидели в его кабинете. Андрей заказал еду из любимого итальянского ресторана — пасту, салат, вино. Они ели, болтали, смеялись.
— Знаешь, — сказал Андрей вдруг, откладывая вилку. — Я получил письмо от матери.
Галя замерла. Кусок пасты застрял в горле.
— От… от твоей матери? — переспросила она тихо.
— Да. — Он вздохнул. — Она хочет познакомиться с тобой.
Сердце Гали пропустило удар.
— Познакомиться? — повторила она. — Зачем?
— Потому что я рассказал ей о тебе, — он взял её руку. — О том, какая ты. О Софии. О том, что я люблю тебя.
— И что она сказала? — Галя сжала его пальцы.
— Она сказала, что приедет в город на следующей неделе. Хочет увидеть тебя. Поговорить. — Он усмехнулся. — Она строгая, Галка. Холодная. Но она любит меня. И если я счастлив — она примет тебя.
Галя закрыла глаза. Внутри разливался страх. Новый. Незнакомый. Страх перед матерью мужчины, которого она любила.
— А если я ей не понравлюсь? — прошептала она.
— Тогда она ошибается, — твёрдо сказал Андрей. — Но я знаю свою мать. Она ценит силу. Честность. Верность. А у тебя этого больше, чем у всех её знакомых светских львиц вместе взятых.
Он поднёс её руку к губам, поцеловал костяшки.
— Не бойся, зайка. Я буду рядом. Всегда.
Галя открыла глаза. Посмотрела на него. На его искренность, на его любовь, на его уверенность.
— Хорошо, — сказала она.
Андрей улыбнулся. Широко. Счастливо.
— Вот и отлично. А теперь доедай пасту. Иначе я съем твою порцию.
Галя рассмеялась. Взяла вилку. И впервые за долгое время она не боялась будущего.
Потому что знала: что бы ни случилось — он будет рядом.
Её Андрей. Её солнце. Её любовь.
Вечером они гуляли по набережной. Держались за руки. Молчали. Но это молчание было уютным. Спокойным.
— Галчонок, — позвал Андрей вдруг.
— М?
— Я хочу сделать тебе предложение.
Галя замерла. Сердце остановилось.
— Предложение? — переспросила она тихо.
— Да. — Он остановился, повернулся к ней. Взял её лицо в ладони. — Не сейчас. Не здесь. Но скоро. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Матерью моих детей. Моим солнцем навсегда.
Слёзы выступили на глазах. Горячие. Счастливые.
— Я согласна, — прошептала она. — Уже сейчас.
Андрей улыбнулся. Поцеловал её. Долго. Глубоко. Страстно.
— Тогда считай, что мы помолвлены, — сказал он, отстраняясь. — Официально — позже. С кольцом. С цветами. С Софией, которая будет держать подушечку.
Галя рассмеялась сквозь слёзы.
— Она обрадуется?
— Она будет в восторге, — он усмехнулся. — Она уже называет тебя «мамой Галей».
Галя почувствовала, как внутри разливается тепло. Настоящее. Глубокое. Нерушимое.
— Я тоже её люблю, — сказала она. — Как свою.
— Я знаю, — Андрей прижал её к себе. — Поэтому я и хочу, чтобы ты была моей женой. Потому что ты любишь не только меня. Ты любишь мою дочь. Мой мир. Мою жизнь.
Они стояли на набережной, обнявшись. Вокруг шумела река, горели огни города, дул ветер. Но для Гали в этот момент существовал только он.
Её Андрей. Её солнце. Её будущий муж.
И она знала: это только начало.
Начало их настоящей жизни. Вместе.
16
16
Встреча с Людмилой Викторовной была назначена на среду, в четыре часа дня. Андрей выбрал для этого не ресторан и не свой дом, а тихую, дорогую кофейню в центре города — место, где можно было говорить без лишних ушей, но и без домашней интимности, которая могла бы смутить его мать.
Галя пришла за двадцать минут до назначенного времени. Она выбрала платье-футляр тёмно-синего цвета, которое сидело на ней идеально, подчёркивая талию и скрывая всё лишнее. Волосы были убраны в гладкий низкий пучок, макияж — строгий, деловой. Никаких локонов, никаких ярких губ. Только тушь, консилер и спокойная уверенность.
Она села за столик у окна, заказала зелёный чай и стала ждать. Сердце колотилось так сильно, что она боялась, как бы оно не выпрыгнуло из груди. В голове крутились тысячи фраз, реплик, ответов.«Здравствуйте, Людмила Викторовна». «Нет, я не из богатой семьи». «Да, я люблю вашего сына» . Но чем больше она думала, тем сильнее становился страх. Страх сказать не то. Страх показаться недостаточно хорошей. Страх увидеть тот самый холодный, оценивающий взгляд.
Ровно в четыре часа дверь кофейни открылась.
Людмила Викторовна вошла, и Галя сразу поняла: это женщина, которая привыкла командовать. Высокая, статная, с безупречной осанкой и короткой стрижкой серебристого цвета. На ней был серый костюм, который стоил дороже месячной зарплаты Гали, и жемчужные серьги. Лицо было красивым, но холодным, словно высеченным из мрамора. Глаза — такие же голубые, как у Андрея, но без тепла. Только расчёт.
Галя встала.
— Здравствуйте, Людмила Викторовна, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я Галя.
Женщина подошла к столику, окинула Галю взглядом. Медленно. Оценивающе. От макушки до кончиков туфель. И только потом кивнула.
— Здравствуйте, Галина, — произнесла она. Голос был ровным, низким, без эмоций. — Прошу, садитесь.
Они сели друг напротив друга. Людмила Викторовна заказала чёрный кофе без сахара. Галя пила— свой зелёный чай, который уже остыл.
— Андрей сказал, что вы хотите познакомиться, — начала Галя, когда официантка ушла. — Я рада этой встрече.
— Рада? — Людмила Викторовна слегка приподняла бровь. — Это интересно. Обычно женщины в вашем положении нервничают перед такими встречами. Или пытаются произвести впечатление. Вы же… спокойны.
«В вашем положении». Эти слова прозвучали как пощёчина. Галя почувствовала, как внутри сжалось всё, что она так старательно строила последние недели. Уверенность. Гордость. Любовь.