— Галчонок, — сказал он хрипло. — Мы прошли через многое. Через офисные интриги, через шантаж, через суды с Мариной, через твои страхи и мои сомнения. И знаешь что? С каждым днём я люблю тебя сильнее. Не вопреки всему этому. А благодаря этому. Потому что я знаю, какая ты настоящая.
Он медленно опустился на одно колено перед ней. Не как в кино. А как мужчина, который нашёл свой дом. Достал коробочку, открыл её.
Кольцо было простым, элегантным. Платиновая шинка с крупным, но не кричащим бриллиантом, который ловил отблески огня. Идеальное. Как их любовь.
— Я не хочу больше ждать, — сказал он, глядя на неё снизу вверх. — Я не хочу быть просто мужчиной, который живёт с тобой. Я хочу быть твоим мужем. Официально. Перед законом, перед Софией, перед всем миром. Галина, ты выйдешь за меня замуж? Станешь моей женой?
Слёзы выступили на глазах Гали. Горячие, счастливые, освобождающие. Она не пыталась их сдержать. Не искала правильных слов. Просто кивнула, чувствуя, как внутри расцветает огромное, переполняющее счастье.
— Да, — прошептала она. Голос дрожал, но был твёрдым. — Да, Андрей. Я хочу. Больше всего на свете.
Он надел кольцо ей на палец. Оно село идеально. Поднялся, обнял её крепко, зарывшись лицом в её волосы. Целовал её шею, плечи, макушку — жадно, нежно, с благодарностью.
— Я люблю тебя, — шептал он. — Люблю тебя, моя радость.
Галя обвила руками его шею, прижалась к нему всем телом. Чувствовала биение его сердца, запах его парфюма, тепло его рук на её спине. Над головой, в тишине дома. Где-то наверху спала София. А внутри неё, под ладонью Андрея, тихо билось второе сердце.
— Я тоже люблю тебя, — прошептала она ему в рубашку.
Они стояли так долго. В огне, в тишине, в любви. Два человека, которые нашли друг друга не несмотря на шторм, а пройдя через него вместе.
И это было только начало их настоящей жизни.
27
27
Утро после предложения началось не с будильника, а с мягкого солнечного света, пробивающегося сквозь шторы, и запаха свежей выпечки. Галя проснулась, потянулась и тут же почувствовала тяжесть на безымянном пальце левой руки.
Она открыла глаза. Платиновая шинка с бриллиантом поймала солнечный луч и рассыпала по потолку радужные блики. Галя улыбнулась, поднося руку к лицу. Это не было сном. Всё, что произошло вчера у камина, было реальностью.
Рядом никого не было, но простыня ещё хранила тепло его тела. Галя встала, накинула его белую рубашку (которая давно стала её любимой пижамой) и босиком пошла на кухню.
Андрей стоял у плиты. На нём были только серые спортивные штаны, татуировка на предплечье красиво переливалась в утреннем свете. Он что-то помешивал в сковороде, напевая под нос.
Галя подошла сзади, обняла его за талию и прижалась щекой к его широкой спине.
— Доброе утро, жених, — прошептала она.
Андрей обернулся. Его лицо озарилось той самой улыбкой, от которой у неё до сих пор перехватывало дыхание. Он выключил плиту, вытер руки полотенцем и обнял её в ответ, положив ладони на её округлившийся живот.
— Доброе утро, невеста, — он поцеловал её в макушку. — Как спалось? Кольцо не мешало? —
— Оно идеально, — Галя подняла на него глаза. — Как и всё остальное. Но у нас есть проблема.
— Какая? — он нахмурился, мгновенно переходя в режим решения задач.
— Нам нужно сказать Софии. Я не могу ждать до вечера.
Андрей рассмеялся. Тихо, с облегчением.
— Радость моя, я уже всё решил. Посмотри на стол.
Галя повернула голову. На кухонном островке, рядом с тарелками для завтрака, стояла маленькая, но очень красивая картонная корона. Золотая, с красными бархатными вставками. И рядом лежал маленький плюшевый мишка в смокинге.
— Я купил это , — признался Андрей, слегка смущённо почесав щёку. — Думал, так будет проще.
Галя рассмеялась, чувствуя, как внутри всё тает.
— Ты невероятный.
— Я просто хочу, чтобы она чувствовала себя особенной, — он серьёзно посмотрел на неё. — Потому что с появлением малыша и нашей свадьбой её мир тоже изменится. И я хочу, чтобы она знала: она — наша принцесса. Всегда.
София проснулась через час. Она прибежала на кухню в пижаме с единорогами, растрёпанная и сонная, и тут же замерла на пороге, увидев корону на столе.
— Папа! Это мне?! — её глаза расширились.
— Доброе утро, принцесса, — Андрей подхватил её на руки и посадил на стул. — Это тебе. Но надеть её можно только после одного важного разговора.
София нахмурилась, её взгляд метнулся к Гале, которая сидела рядом, улыбаясь.
— О чём разговор? — осторожно спросила девочка.
Галя протянула руку и положила ладонь на стол, так, чтобы София увидела кольцо.
— Софа, помнишь, мы говорили о том, что я буду твоей «мамой Галей»? — тихо спросила она.
Девочка кивнула, не отрывая взгляда от блестящего камня.
— Папа вчера задал мне очень важный вопрос, — продолжила Галя. — Он спросил, хочу ли я стать частью вашей семьи навсегда. Не просто жить с вами, а стать его женой. И твоей… ну, официально твоей мачехой. Хотя для меня ты всегда будешь просто Софией.
В комнате повисла тишина. София смотрела то на кольцо, то на отца, то на Галю. Её нижняя губа слегка задрожала.
— То есть… вы будете мужем и женой? Как в сказках? — прошептала она.
— Да, зайка, — Андрей мягко погладил её по голове. — Как в сказках. Но только если ты не против.
София вскочила со стула, схватила корону и водрузила её себе на голову. Корона слегка съехала набок, но девочка этого не заметила.
— Я согласна! — громко объявила она. — Но у меня есть условие!
— Какое? — улыбнулась Галя.
— Я буду нести подушечку с кольцами! И платье должно быть пышным! Как у настоящей принцессы!
Андрей и Галя переглянулись и рассмеялись.
— Договорились, принцесса, — сказал Андрей, целуя её в макушку. — Будешь самой красивой девочкой на свадьбе.
Встреча с подругами была назначена на следующий день. Галя пригласила Лену и Карину к себе домой, решив, что в родных стенах будет проще пережить их реакцию.
Она ошиблась. Родные стены не спасли от цунами эмоций.
Лена ворвалась в квартиру ровно в шесть вечера, неся с собой запах дорогих духов, три бутылки шампанского (и одну бутылку элитного яблочного сока для Гали) и огромный пакет из кондитерской.
— Где оно?! Где кольцо?! — закричала Лена ещё из прихожей, сбрасывая туфли. — Галя, если ты не покажешь мне кольцо в ближайшие три секунды, я умру! Я правда умру, Карина будет свидетельницей!
Карина вошла следом, спокойная, элегантная. В руках она держала не шампанское, а свой фирменный кожаный ежедневник и ручку.
— Лена, придержи коней, — усмехнулась Карина, проходя в гостиную. — Дай человеку выдохнуть.
Галя стояла посреди комнаты, чувствуя себя героиней романтической комедии. Она протянула левую руку.
Лена издала звук, похожий на визг тормозящего поезда, и схватила её руку, рассматривая кольцо под лампой.
— Боже мой! Это же платина! А бриллиант… Галь, он огромный, но не пошлый! Он идеален! — Лена подняла на неё глаза. — Ты заслужила это, Галка. Ты правда заслужила. После всего этого дерьма с Денисом… Ты сияешь. Ты реально сияешь!
Карина широко улыбалась и хлопала в ладоши.
— Поздравляю, дорогая, — сказала она, открывая ежедневник. — Теперь к делу. Когда дата? Какой бюджет? Сколько гостей? Есть ли у тебя список подрядчиков, или мне начинать обзванивать свои контакты?
Галя моргнула.
— Карин, мы только вчера… Я даже не знаю, чего хочу.
— Вот именно поэтому я здесь, — Карина усмехнулась, щёлкнув ручкой. — Ты будешь наслаждаться ролью невесты, а я возьму на себя логистику. Лена будет отвечать за моральный дух и девичник, деньги ей в руки давать нельзы, ты же знаешь. Я — за смету и контракты. Ты — за то, чтобы быть красивой и не нервничать. Договорились?