— Потому что ты всегда выбирала первого попавшегося, в надежде его исправить. Возьмем, к примеру, Давида. Сразу было понятно, что он козлина зацикленный на себе.
Я вздрагиваю. После расставания с Давидом прошло уже несколько лет, и с тех пор у меня не было желания вступать в новые отношения. Не потому, что мои отношения с ним были такими хорошими, а потому, что они были слишком плохими.
Олеся права.
Он был тщеславным мудаком, жадным до денег и славы. Давид казался мне красивым и сильным. Но его карьера так и не сложилась. Все, что ему было нужно, — это мои связи в модельном бизнесе и моя помощь, чтобы пробиться в свет.
— Да, он был эгоистом, — соглашаюсь я.
Олеся качает головой.
— Дело было не только в этом. Он использовал тебя. Иногда я думаю, в глубине души ты думаешь, что не заслуживаешь ничего лучшего.
Ее комментарий заставляет меня задуматься о том же.
— По крайней мере, у меня хватило мозгов, чтобы замуж ни за кого из этих мудаков не выходить, — говорю я с фальшивым весельем в голосе.
— Тебе срочно нужно найти нормального мужика, — говорит она серьезным тоном.
— И где его, интересно, взять?
— Не придуривайся. Ты поняла, о ком я говорю. Тебе нужно попробовать с Матвеем. По крайней мере, ты будешь знать, что ему не нужны твои деньги или слава, — предлагает Леся. — Между вами что-то есть. Какая-то искра. Даже Кирилл так считает. Не зря же Матвей звонит тебе каждую неделю. Не зря он смотрит на тебя так.
— Как он на меня смотрит?
— Как будто он мысленно раздевает тебя, — заявляет Олеся.
— Я его не привлекаю. Сто процентов. Матвей красивый, богатый и очень умный. А еще целеустремленный. Но он звонит мне уже целый год, Лесь. Он бы давно уже позвал меня на свидание, если бы хотел…
— Знаешь, — задумчиво говорит Олеся. — Кирилл говорит, что Матвей уже больше десяти лет не думает ни о чем, кроме работы. В общении с девушками он может быть не уверен в себе.
Я чуть не давлюсь своим кофе. Быстро проглотив его, я не сдерживаю смех.
— Матвей? Ты имеешь в виду Матвея, который пытается командовать вообще каждым?
— Ладно, может, он и любит покомандовать, когда речь идет о работе. Но когда дело касается его личных переживаний…
Я на мгновение замираю и замолкаю, прежде чем сказать:
— Ни одна женщина не отказалась бы от такого, как Матвей. Он офигенный. Ну, если не обращать внимания на его раздражающую привычку указывать, что делать.
— Он общается только с сотрудниками, они ему слова против не скажут. А ты красивая, талантливая и умная. Ни один парень тебе не откажет. Ты же супермодель и у тебя успешный бизнес. У тебя тоже может быть любой мужчина, которого ты захочешь.
— Подходящего найти так и не получается, — я грустно улыбаюсь. — И хотя я ценю твою уверенность, давай просто закроем эту тему. Матвей меня не хочет.
Вопреки мнению моей лучшей подруги, я не думаю, что есть успешные, вдумчивые мужчины, которые умирают от желания встречаться со мной.
В глубине души, возможно, я правда считаю, что не заслуживаю большего. Я очень стараюсь это исправить, но получается так себе. Иногда детская нелюбовь к себе все равно берет надо мной верх.
— Посмотрим, — зловеще отвечает она. — Ты придешь к Денису и Рите на свадьбу одна?
— Да.
— Тогда знай, что тебе, скорее всего, придется сидеть рядом с Матвеем, если он никого не приведет.
Я чувствую боль в груди при мысли о том, что Матвей придет с девушкой.
— У него кто-то есть? — спрашиваю я. Не из-за ревности. Мне просто... любопытно.
Олеся ухмыляется.
— Нет, насколько я знаю. Признайся, тебя тянет к нему, и ты не хочешь видеть его с другой женщиной.
Я закатываю глаза.
— Если он и приведет кого-то, это не мое дело.
Голос у меня спокойный, но вот внутри все сжимается от нервов.
— Тебе не все равно, — уверенно заявляет Леся.
— У нас с Матвеем нет абсолютно никаких перспектив на будущее, я уверена.
— Не зарекайся, и прекрати твердить одно и тоже.
— Ладно, теперь честно, — выдыхаю я. — Меня к нему тянет. Но это определенно безответное влечение. Так что нет смысла даже обсуждать его.
— Может быть, есть...
— Стоп! — я останавливаю ее раньше, чем начнется новый виток этого обсуждения.
Олеся только улыбается в ответ, не собираясь больше ничего говорить, и тихо посмеивается. А потом, переключившись будто по щелчку, Леся начинает говорить о своих делах, и я ей за это жутко благодарна.
Мне слишком сложно представить, что серые глаза Матвея могут смотреть на меня с чем-то похожим на желание и романтический интерес. Нет смысла даже размышлять о том, чего никогда не будет.