- А действительно, чудесная идея, - пропуская слова дочери, мимо ушей, продолжила Вера Андреевна, - одолжим у Павла мангал, позовём родителей Димочки, заодно познакомимся, - щчелкнула пальцами женщина.
Петрова тяжело вздохнула, накрывая лицо руками. Она прекрасно понимала, что слушать её никто не станет, да и весомых аргументов, у неё не было, чтобы предоставить родителям в доказательство того, что затея неудачная.
- Отец Димы очень-очень занятой человек, не думаю, что он сможет вот так вот взять и все бросить, ради поездки на дачу, - попыталась отговорить родителей Петрова.
- А вот тут, пышка, права, - согласился Михаил, - да и у меня в компании не так все гладко, - засомневался он, а Лидия успела обрадоваться, но как видимо, поспешно.
- Ну что же, в таком случае, поездку на дачу предется отложить до выходных, я как раз успею закупиться всем необходимым, - чудь подумав, выдала Вера Андреевна.
- Надеюсь, сват, любит рыбалку, - мечтательно проговорил Михаил Леонидович, допивая остывший кофе, пока Вера Андреевна накладывала Лиде на тарелку смачный кусок рыбной запеканки, да только аппетит у Петровой пропал. Вот тебе и внеплановый выходной.
— Пышка, ты почему не ешь? — в сознание пробился голос матери, заставляя Петрову ненадолго вынырнуть из раздумий. Она несколько раз безсознательно тряхнула головой, прежде чем смогла сфокусировать внимание на словах мамы.
— Да что-то, аппетит пропал, — пожала плечами Лида, все ещё витая в своих мыслях.
Это же надо, какую кашу заварила, теперь вопрос только в том: как её расхлебывать? Семейный ужин у Громова, посиделки за чаем с детскими альбомами у неё дома, неутолимое желание отца порыбачить с будущим тестем и мама, которая загорелась идеей семейного пикника, возле озера, сразу после шашлыков на даче, а что дальше? Такими темпами, они с Димой и вправду поженятся, да Лида уже за шаг от загса, а там глядишь и детишки не за горами, все зависит только от того, на сколько далеко они готовы зайти, лишь бы ложь не вскрылась.
Какого черта? О чем она только думала, когда лезла во все это? Явно не о последствиях, которые, с каждым днем, растут в геометрической прогрессии. Как же ей порой хочется спрятаться и переждать в каком-нибудь тихом месте, пока весь этот цирк не закончится, а Громов пускай со всем разбирается сам. Да вот только, избежать не желанной участи, у неё, к сожалению, не получиться
— Я все утро у плиты простояла, — недовольно нахмурилась Вера Андреевна, — хотела порадовать вас вкусным завтраком, и что в итоге? — развела руками, громко выдохнув. — сын с невесткой уехали, даже на завтрак не остались, а дочь нос воротит, от любимой запеканки.
— Мамуль, я уверенна, запеканка пальчики оближешь, просто в последнее время столько всего навалилось… — замялась Лидия, понимание, что сболтнула лишнего пришло не сраз, — кусок в горло не лезет.
— Лидусь, тебя что-то тревожит, какие-то проблемы? — оживился, молча читавший до этого газету Михаил Леонидович.
— Да нет, папуль, все нормально, правда просто… Скоро екзамены, а там и сессия, да и в этом семестре много новых предметов, — нашлась Петрова, пытаясь успокоить родителей, они в свою очередь безмолвно переглянулись между собой, словно пытаясь оценить правдивость слов дочери.
— Лидочка, мы ведь с папой не вчера родились, — снисходительно покачала головой Вера Андреевна, — рассказывай, что произошло? — присела рядом с дочерью. — Это как-то связано с Димой? Вы поссорились? Поэтому он вчера так внезапно ушёл? — начала сыпать догадками женщина, что Лидии было только на руку. В голове начал созревать план, как избежать вылазки на дачу. И хоть врать плохо, Лидия это понимала, но она уже по уши погрязла в пучине лжы и пути назад не было. Глубоко вдохнула, перевела взгляд на маму:
— Эммм… Да… Мы немного поссорились… Он ушёл… Эээ… На самом деле, я не хочу об этом говорить, это слишком больно для меня, — шмыгнула носом, пытаясь пустить слезу, тем не менее безуспешно. Не умеет Лидия плакать по заказу, не её это конек играть на чувствах других, да и актриса из неё никудышняя, если честно. Как говорят, кто на кого учился.
— Булочка, ну чего ты, — убирая упавшую прядь волос с лица Лидии, проговорила Вера Андреевна, — я уверена, вы помиритесь, — обняла дочь, успокаивающее поглаживая её по волосах.
— Милые бранятся — только тешатся, — по доброму хохотнул Михаил Леонидович, — Лидок, мы с мамой в молодости тоже давали жару, — поддался воспоминаниям мужчина, — Помню, перед выпускным поссорились, ведь мама приревновала меня к двоюродной сестре дяди Павла.
— Ой, прямо-таки приревновала, — хмыкнула, махнув рукой, — так самую малость, — не хитрым жестом показала она, — а сам то как к Кеше меня ревновал, забыл? — улыбнувшись, перевела взгляд на мужа — Иннокентий — мой однокласник, мы вместе за одной партой сидели, — между тем, продолжила Вера Адреевна, — так вот, твой папа бедолаге проходу не давал, когда я отказалась идти с ним на танцы, думал, что я с Кешей пойду, — не скрывая эмоций, прыснула со смеху.