Бросив бедняжку на пол, мучитель достал из кобуры пистолет и направил девушке в голову.
— Подними свою голову, perra (сука), — истерично выкрикнул наемник, брызжа слюной, — Встань на колени, mierdaбл*ть.
Собрав силы из последних крупиц, девушка подчинилась, встала на колени и подняла окровавленную голову, глядя прямо в глаза своему мучителю.
— Попрощайся со своей семьей, chica. (детка)
Девушка закрыла глаза. Перед ней сразу предстал образ ее семьи: любимой мамочки, чьи руки она будет помнить даже после смерти; то, как она готовила вкуснейшие эмпанадасмексиканские жареные пирожки с мясом и разными начинками; то, как будила ее рано утром своими нежными поцелуями в лоб. Очень жаль, временами перечила матери… ведь действительно любящее материнское сердце — оно такое чувствительное, такое хрупкое. Она всегда будет помнить язвительные шуточки старшего брата; то, как он в детстве защищал ее от хулиганов… Будет помнить то, как он называл ее своей маленькой, любимой сестренкой… Она будет помнить их. Даже после смерти. Она будет улыбаться, несмотря на то, что дуло пистолета в упор направлено в лоб.
«Я люблю вас, родные, я буду вас помнить, и вы помните меня…»
Звук затвора. Улыбка. Выстрел…
***
Группа мексиканского спецназа окружила неприметное заброшенное здание.
— Алехандро, их здесь нет, они успели удрать, черт… — проговорил высокий мужчина, зажимая кнопку рации, поднялся по лестнице на последний этаж.
— Я уже понял, Руди, продолжай осматривать остальные комнаты, — ответил другу полковник.
Когда Алехандро сообщили о том, что укрытие наемников нашли, он почувствовал в груди расцветающую надежду, он неистово верил, что у них получится разыскать девушек. Всех, до единой…
Но он ошибся, наемники картеля были умнее и изворотливее.
Он прочесывал каждое помещение, каждый закуток. Он искал ее…
— Алехандро… друг…— послышался взволнованный голос Рудольфо из рации, — Ты… Федерика… она… — прохрипел мужчина.
— Где ты? Ты нашел ее?! Она жива, черт побери?! Рудольфо, не молчи, мать твою, — прокричал мужчина в рацию.
— Алехандро… она… Третий, третий этаж… — ответил сержант-майор, стараясь подбирать слова.
Полковник быстро, насколько это было возможно, поднимался по лестнице, и молился только о том, чтобы она была жива.
«Прошу, нет, умоляю! Пусть она будет жива, лишь об одном молю…»
Но, чем ближе Алехандро приближался к нужному месту, тем сильнее развеивалась надежда, как пепел на ветру…
Мужчина залетел в помещение и уперся взглядом в друга, который стоял на коленях перед… перед телом девушки.
Алехандро застыл. Замер. Сердце пропустило удар. Кровь застыла в жилах. Надежда умерла… как и его маленькая сестренка. Его ангел. Его отрада. Его сердце. Его всё в этом жестоком мире…
Хрупкое истерзанное тело девушки лежало на бетонном полу, вокруг ее головы растекалось огромное кровавое пятно, подобно нимбу. На потрескавшихся окровавленных губах девушки… была улыбка.
— Нет… Федерика… сестренка… вставай, поднимайся черт возьми! — из глаз мужчины хлынули горячие слезы.
«Говорят, что мужчины не плачут?.. Ложь…»
Рудольфо попытался успокоить друга, когда тот кинулся к телу, но полковник отдернул его руки и свалился на колени рядом с уже бездыханным телом родного человека.
Мужчина протягивал и отдергивал руки, как будто бы боясь, что из-за единственного прикосновения тело девушки рассыплется подобно праху.
«Прах… именно в него сейчас превратилось моё сердце…»
Ее глаза были открыты, в них еще сохранили тепло ее непролитые слезы.
— Сестренка, прости… Прости, что не успел… Не защитил, прости, я должен был. Mi hermanita…моя маленькая сестренка — мужчина аккуратно взял окровавленное тело девушки в свои объятия и прижал трепетно к груди, раскачиваясь вперед-назад и шепча молитвы и извинения, которых она уже никогда не услышит.
Яростный крик боли пронесся по пустому зданию. Рёв раненого зверя, которому безжалостно, с особой жестокостью вырвали сердце, отобрали последнее, самое дорогое…
Знаете, что такое ад на земле? Это потеря любимого и родного человека, жизнь без которого просто теряет смысл. Это уже не жизнь вовсе, это существование.
Глава 2. «Глобус.»
Настоящее время.
Англия, графство Ланкашир.
— Может на Мальдивы? — предложила девушка, сидя на кровати. Ее красивые пепельно-русые волосы были собраны в высокий небрежный пучок на макушке.