— Он опять ускользнул, — выдохнул Родольфо, бросая на стол свежую папку. Его голос был тихим, но я знал, что он так же на пределе, как и я. — Один шаг вперёд, два назад.
Я молча развернул документы: те же следы, те же мёртвые свидетели, те же призрачные упоминания. Эль Син Номбре исчезает, как будто знал, что мы приближаемся, всегда, как будто кто-то шепчет ему на ухо.
— Тянет за ниточки, — глухо проговорил я, не отрывая взгляда от карты. — Как гребанных кукол.
— И что ты предлагаешь, Ал?? — Родольфо усмехнулся, но в его глазах не было веселья.
— Я предлагаю сжечь всю его гнилую империю дотла, — я медленно поднял взгляд.
Руди замолчал, он знал меня слишком хорошо, чтобы не заметить, что внутри меня кипит ярость. Эта ярость — не профессиональная, она личная и уже давно. Она пришла ко мне вместе с болью.
— Он ломает людей, — продолжил я, будто себе под нос. — Покупает их страхом, расправляется с теми, кто хоть на шаг выходит за рамки. Это не просто картель, Руди, это гниль.
— Я знаю, брат, — его голос стал ниже, когда он с сожалением взглянул на меня. — Но мы не можем позволить, чтобы оно сожрало и тебя.
Я горько усмехнулся.
— Если я не доберусь до него… это и будет жрать меня.
Молчание, только шум старого вентилятора и стрекот насекомых за окном.
— Ради неё? — негромко спросил он. — Ради Рики?
Я не ответил сразу, медленно вдохнул.
— Ради неё, ради тех, кого он похоронил. Ради всех, кто живёт в страхе. Он должен ответить.
Федерика была моей любимой младшей сестрой, но Син Номбре отнял ее у меня. Родольфо кивнул, и без слов, он понял абсолютно всё. Мы оба понимали, что наша охота продолжалась.
Я заметил осторожный взгляд Родольфо и сузил на нем взгляд. Родольфо опёрся на край стола, его пальцы машинально стучали по дереву коротко и рвано, в такт глухой злости.
— Ну говори уже, не люблю ходить вокруг да около.
— Есть кое-что, — наконец выдал он, потянувшись к соседнему столу. — Информация сырая, но, возможно, не такая безнадежная.
Я поднял голову. Его лицо изменилось — усталость осталась, но поверх неё проступило то, чего я не видел давно. Осторожная решимость. Он бросил на стол старую, потрёпанную фотографию. Мужчина — среднего роста, борода, шрамы на шее, глаза, как у собаки, которую били слишком часто, а ниже имя: Маттео Крус.
— Один из бывших связных картеля. Пропал два года назад, считался мёртвым, а недавно неожиданно восстал из мертвых, — пояснил Родольфо. — Его видели вчера на юге, в Санта-Тересе. Сидел в баре и говорил слишком громко, был пьян. Упомянул имя Син Номбре, по словам нашего информатора, он боялся даже собственной тени.
Я прищурился, взгляд выхватывал каждый штрих на фотографии, что-то во мне дрогнуло, будто предчувствие, как будто запах крови сквозь дождь.
— Думаешь, он знает что-то? — спросил я, всматриваясь в потускневшие черты лица.
— Думаю, он может привести нас ближе, чем кто-либо за последние месяцы, — хрипло ответил Родольфо. — И думаю, у него не так много времени.
Я медленно выдохнул, позволив новой цели осесть в сознании, укорениться. Сердце забилось быстрее. Слишком долго мы шли вслепую и теперь мы готовы были вцепиться зубами в любую информацию, касающуюся Син Номбре, словно голодные двери в кость.
— Сколько у нас есть? — устало спросил я, складывая руки на груди в замок.
— Полдня. Он должен встретиться с кем-то сегодня ночью. Мы можем добраться до него раньше, если выйдем через час.
Я кивнул.
— Тогда выходим. Найдём этого Маттео. Вытащим всё, что он знает любой ценой, если потребуется.
Я почувствовал, как будто после долгого, глухого бега по лабиринту, впереди замаячил слабый свет и если это шанс — пусть даже самый хрупкий, я его не упущу. Никто из нас не собирается останавливаться. Эль Син Номбре допустил ошибку. Он оставил след, который будет стоить ему всего, об этом я позабочусь.
ⵈ━══════╗༺◊༻╔══════━ⵈ
Мы выехали к месту на закате. Солнце уже скатывалось за холмы, заливая горизонт густым оранжево-кровавым светом. Воздух был плотным, неподвижным, как перед грозой, или чем-то более масштабным, чтобы не привлекать лишнего внимания местных, мы ехали в гражданке. Я, Родольфо и трое наших: Рамирес, Луис и Алехо. Наша машина старая пыльная «Тойота» с выбитыми номерами, скрипучими тормозами и местами помятым фаркопом.