Вместе с усиливающимся ветерком до Даниэля донеслись звуки. Крик мула. Ещё один. Хор мулов. Металлические позвякивания. Ассортимент неопознанных звуков и бухающие удары. Пока он приближался к источнику, к какофонии добавились звуки смеха и голоса, многие из которых — детские. Он миновал поворот и обнаружил на берегу канала лагерь большого отряда. Десяток телег откатили под деревья. Толпа спутанных, загнанных внутрь верёвочных ограждений мулов — гнедых, чалых и вороных — жевала сено и зерно, ссорясь, лягаясь и кусаясь с энергией, которой никак не повредили труды дневные. Возле полдесятка костров сидели две сотни детей. Взрослых было человек пятнадцать. Восемь женщин, одетых в широченные брюки, доходящие до середины голени туники с длинными рукавами и широкими манжетами и головные уборы, которые могли быть прототипом вуалей. Семь мужчин в коротких туниках и брюках, которые подходили ближе к телу, сделанных из той же ткани, что и женские — тёмной жёлто-коричневой домотканой, тяжёлой и жаркой. Они носили кожаные шляпы с мягкими полями и причудливыми ремешками, кожаные сапоги и перчатки. У них также нашлось три куцых копья, перекинутых наискосок через спину, и клинки, напоминающие кавалерийские сабли, качающиеся на широких кожаных ремнях. Некоторые таскали дубинки с железными наконечниками. Последние рыскали вокруг лагеря, не спуская сурового взгляда с детей, в то время как женщины заканчивали подготовку к ужину.
Один из мужчин подошёл к Даниэлю.
— Проходи дальше, приятель. Нам не нужна компания.
Даниэль Акамарино захлопал глазами от удивления: он понимал язык незнакомцев. Что бы или кто бы ни привёл его сюда, он поработал с его головой в промежутке между мирами. Даниэль не был уверен, что ему это нравится, хотя это было удобным.
— Пожалели еды для голодного странника?
Прежде чем мужчина смог ответить, от одного из кружков отошёл маленький мальчик, неся металлическую кружку, полную воды.
— Ты хочешь пить?
Ступая вслед за мальчиком, подошла крупная женщина. Громоздкая одежда делала её ещё крупнее. Она положила ладонь на руку охранника, едва тот сделал шаг к Даниелю.
— Он путник, Синан. С каких это пор Совиная отворачивается от голодного человека?
Она погладила мальчика по голове.
— Молодец, Тре. Дай ему воды.
Надеясь, что его иммунитет подогнали под стандарты этого мира этого мира, Даниэль залпом выпил холодной чистой воды и вернул кружку обратно с одной из своих лучших улыбок.
— Благодарю. Жаркая пыльная прогулка делает воду дороже лучших вин.
— Ты отужинаешь вместе с нами?
— С энтузиазмом, тхайн.
Эпитет означал женщину высокого положения и автоматически пришёл на уста, вызванный силой и достоинством, что он видел в незнакомке. Она порядком напомнила ему одну из его любимых матерей, и он одарил её своей солнечной улыбкой.
Она рассмеялась и протянула руку к кругу костров.
— Тогда добро пожаловать…
Они накормили Даниэля Акамарино и разыскали для него запасное одеяло. Пока он ел, мальчик по имени Тре подобрался и сел рядом, приведя с собой старшую девочку, которую он представил как свою сестру Кори. Тре говорил мало, предоставляя разговаривать Кори.
— Большая группа детей, — сказал Даниель. — Отъезд в школу?
Незнакомка смотрела на него с удивлением.
— Это Жребий. Сейчас месяц Совиной.
— Я здесь недолго. Что за жребий?
— Каждый год Сеттсимаксимин берёт трёх детей от каждого парика в Чеонеа. Жребий говорит, кого. Мальчиков отправляют учиться для службы в армии или на жрецов Амортис, девушки идут служить в Ироны, это храмы Амортис, а тот, кто получает золотой Жребий, попадёт в главный храм во Фрае.
— Хм. Кто такой Сеттсимаксимин, и что даёт ему право забирать детей из их семей?
Ещё один удивлённый взгляд незнакомки, после чего она обменялась долгим взглядом с братом, а потом уставилась на деревья над головой.
— Мы не хотим говорить о нём, — пробормотала Кори едва слышно. Даниэлю пришлось напрячься, чтобы услышать. — Он колдун и владеет Чеонеа, и он может услышать, если кто-то ведёт речи против него. Лучше оставить эту тему.
— А, я тебя понял… Колдун?.. Нда. Наверно, какой-то мерзавец наткнулся на этот мир и использовал высокие технологии, чтобы произвести впечатление на аборигенов. — Вы направляетесь в город? Насколько он далеко?
— Силагаматис. Около трёх дней пути. Это морской порт. Тре семь, так что это его первая поездка. Он раньше не видел моря.