Брэнн поднялась на ноги, прошла через всю комнату, чтобы встать с ней рядом; она прикоснулась пальцами к плечу Кори.
— Что ты хочешь делать? Ты можешь остаться здесь.
— Не могу этого сделать. Если меня не будет, ОН сделает что-нибудь ужасное с моим народом.
— Дэн, который Ахзурдан?
— Там его люди, Брэнн; вспомни, что я тебе о нём рассказывал, он всегда был одержим чувством собственности. Когда мы… его ученики наконец-то вырвались, он воспринял это как своего рода предательство. Он ничего с ними не сделает, если его не доведут. Пока не выказано откровенное неповиновение, пока он может нанести удар по тебе, нам, не привлекая остальных, он оставит твоих сородичей в покое. Девушка права. Она должна вернуться.
— Как только дети вернутся, тогда мы двинемся. Ты пойдёшь с нами, Даниэль Акамарино, — она улыбалась. — Я почти слышу, как тикает твой ум. Не трать свое время, друг мой. Мы не будем настолько заняты, чтобы не следить за тобой, даже не думай о том, чтобы соскользнуть…
Джарил поднялся сквозь пол, изменился.
— Из пивной убрались все, кроме пары пьяниц. Настоящие алкаши, я просвистел их и чуть сам не опьянел. Вышел на улицу и пробежал несколько улиц. Множество мужчин, в дверных проёмах. Я насчитал двадцать, прежде чем вернулся, но там, вероятно, в два раза больше.
Йарил упала через потолок, перелилась в свой девичий облик.
— Он не преувеличивает. Они наблюдают за каждой улицей и тропинкой вокруг этого места, почти под каждым кустом. За этим есть ещё одно кольцо, почти такое же плотное, и за ним ещё два, не так плотно. Есть даже несколько маленьких катамаранов на море, шныряющих взад и вперёд в тумане. Там, должно быть, пара сотен людей. Стоящие вокруг подпорок стен. Бродящие кругами посреди улиц наземные соглядатаи не все полны энтузиазма, но мне показалось, это потому, что ничего не происходит. Позволь им заметить нас, и они станут настолько эффективными, как ты захочешь.
Брэнн нахмурилась.
— Я не ожидала такого количества… О лодках мы можем забыть, и первое кольцо не проблема. Мы можем уничтожить большинство из них, прежде чем они догадаются, что мы уходим. Прежде чем Он узнает, что мы вышли. Эти следующие, как ты сказала, три кольца? Они меня беспокоят. Ты проверила крыши, Йаро?
— Конечно. Там спит несколько человек, несколько влюблённых пар, занятых своими делами, они и плевка не уронят на всё, что творится на улице. Я не видела никого достаточно насторожённого, чтобы оказаться шпионом, но не гарантирую, что не ошиблась в ком-то, — она поколебалась, наконец обратилась к Ахзурдану. — Он сделал бы что-то подобное? Использовал десятки видимых наблюдателей, чтобы замаскировать двух или трёх более лучших так, чтобы мы разобрались со стражниками и не обращая внимания на то, что к нам подкрадываются несколько хитрых крыс?
— Он сложный человек. Я бы сказал, что подобное возможно.
Даниэль Акамарино понаблюдал за работой этой странной коллекции талантов и стал чувствовать себя лучше, раздумывая о причастности к этой сети. Они отложили в сторону противоречия и сосредоточились на исполнении работы, как только определили, что хотят сделать. Это группа не могла и не стала бы оставаться вместе в обычных обстоятельствах, но ничего обычного в происходящем не было. Кори, очевидно, чувствовала себя лишней. Она ёрзала в кресле, заставляя его скрипеть и покачиваться, но не слишком перенапрягая слабые задние ножки.
Даниэль потёр большим пальцем один из своих больших карманов, прослеживая очертания зажатого внутри твёрдого прямоугольника, станнера ближнего действия. С минуту он смотрел на Брэнн, потом на детей, потом на Ахзурдана, раздумывая, мог бы он оглушить их и уйти. Его большой палец снова и снова поглаживал станнер. «Нет, невозможно сказать, что за метаболизм у детей. Они могут проглотить парализующее поле, как конфетку. Кроме того, старина Сеттсимаксимин обложил территорию снаружи». Мысль о том, что этот человек будет работать с ним, нравилась Даниэлю примерно настолько же, насколько идея стирания детьми его разума. Когда он вёл Кори сюда, он не заметил наблюдателей, но, возможно, в том виновато вино — он всё ещё до конца не протрезвел или, возможно, он беспокоился о юной Кори и о том, что ей грозит. Однако он не собирался спорить с оценкой детьми наружной опасности.
«Оборотни, во-от оно что! вот это да! Контактные телепаты, бог знает, чем ещё они могут быть…»
Даниэль расстегнул застежку-молнию, выудил станнер.
— Эй, ребята, — начал он, — послушайте-ка. Думаю, я понял проблему. Брэнн, тебе и детям надо прикоснуться к кому-нибудь, чтобы прикончить его, верно?