Максим наблюдал за входящими детьми, мрачными и довольно испуганными. Их сандалии скрипели на полированном мраморе. Игнорируя мальчиков, он просканировал несколько первых девочек, сурово улыбнулся, когда увидел красные глаза Кори. Он скрестил руки, пряча ладони в широких чёрных рукавах густо затканной вышивкой и аппликацией официальной мантии, начал жестикулировать и мысленно напевать, чтобы привести под ищущие пальцы Кори синий жребий. Его улыбка разъехалась до ушей. Никаких признаков вмешательства, что защитило её прошлой ночью, не было.
Кори засунула руку глубоко в сосуд. В этом году капсулы казались странно скользкими, только через одно или два дыхания она смогла достать одну и вытащить. Она глубоко вздохнула и отошла, услышав позади грохот капсул, когда за ними потянулась Саллиди Ксошалларц. Кори дошла до позолоченного сосуда, пытаясь игнорировать ощущение, что ОН пялился на неё. На этот раз захватить было легче, она добыла свое второе яйцо и отправилась занять место на скамейке девочек.
«Сделано. Она — моя! Ну какая она прекрасная свирепая девушка. Устала, но не поддаётся. Посмотрите, как прямо и смело она сидит, ожидая, пройдёт ли судьба мимо. Не в этом году, маленький хорёк… Твой последний год, да? Тебе не следовало заниматься вещами, которых ты не понимаешь. Придётся с тобой что-то сделать. Не одну из шлюх Амортис я так сломил. Это сломило бы тебя быстрее, чем замужество за одним из твоих олухов-кузенов. Тогда тебя заперли бы в детской. И день и ночь за тобой глсдили бы. Незамужняя, ты могла бы попытаться учиться… — С трудом он подавил грохочущий в животе смех. — Не тому, чему ты склонна учить мой сопротивляющийся народ. Хочешь быть ученицей, дитя? Мне интересно. Я могу послать тебя учиться на восток в Силили. Что изучать? Магию? У тебя есть к ней талант? И тебе что-то есть, что отзывается мне. Да, в тебе есть талант, ожидающий раскрытия, о дитя, даже если ты отрицаешь это, как внушающее тебе страх. Я заставлю тебя это увидеть. Почему ты не родилась мальчишкой? Было бы намного проще, если бы ты родилась мальчиком».
Чёрные капсулы покрылись потом в её руке. Она сменила руку и исподтишка вытерла пот о верхнюю тунику. Более половины дела сделано. Поганые капсулы для каждого ребёнка Совиной. Кори больше не чувствовала себя ребёнком. Ей хотелось, чтобы это закончилось, чтобы она могла вернуться в Совиную и снова привести жизнь в порядок. Может, потому, что она так устала, она не сильно волновалась на этот раз, не за себя в любом случае. Так много важных вещей случилось с ней за последние два месяца, что в её костях сидела глубокая уверенность, что Жребий минует её. Ещё одно событие в её жизни будет уже чересчур. Она наблюдала, как девушки проходили мимо неё, собираясь занять твои места на скамейке, и любопытствовала, кто из них получит синий Жребий и останется здесь, в Ироне, потом гадала, кто из них хотел бы получить золото, будет ли это мальчик или девочка в этот раз? «Если бы у меня был выбор, — думала она, — я бы приняла золото. Ужасно интересно поехать так далеко. Хейви Кудаш…» Чудесное волшебное имя, оно ворошило мечты, с которыми она не хотела иметь дело, которые должна была продолжать отгонять. Она уставилась на таинственные чёрные яйца. Каждая капсула заключала внутри свинцовый мяч, большинство — простые серые, один был окрашен в синий. Получившая его девушка оставалась в Ироне учиться на учительницу или, если её вкусы и таланты направлялись в иную сторону, служить одной из храмовых шлюх. Рот Кори дёрнулся. Она восстановила маску равнодушия и проглотила улыбку. Полатея отругала бы её за слово шлюха, но чем тогда они были, те, что называли себя Полями Амортис. Те поля пахали и перепахивали, если сплетни, которые она слышала, были правдой. Ну и гадость. Это было почти так же плохо, как судьба той девушки в таверне. В чаше мальчиков один из шаров был окрашен в красный цвет. Мальчик, который получал его, шёл в армию учиться солдатскому ремеслу или в школы Ирона обучаться на жреца. Но золотой желток, о золотой шарик! Ребёнок, который достал позолоченный шар, отправлялся в Хейви. «Несите золотой желток, — думала она про чёрные капсулы в руках, — если вы не можете нести старый добрый безопасный и устойчивый свинцово-серый шар, то несите золотой. — Она быстро огляделась по сторонам, снова опустила глаза. — Не выдержу, если и дальше останусь здесь».
Мимо неё прошла Сарана Пьёлосс, младшая в шеренге. «На этот год жеребьёвка закончилась, — подумала Кори. — Теперь выясним, кто получил цвета».
Рядом с почётной скамьёй открылись две двери, вниз короткими шагами направилось две маленькие процессии, по косой огибая с обеих сторон высокий помост. Первым шел служитель, в одеждах белого льна. Белые кожаные сандалии, короткие белые перчатки… За ним шли парень и девушка, также в белом, несущие широкую неглубокую корзину.