В зале наступила мертвая тишина. У собравшихся возникло чувство почти невыносимого ожидания. Один слуга остановился перед Спарраном, другой перед Десси. Их движения были неторопливыми и размеренными, близкими к синхронности, как у хорошо натренированной команды. Они взяли капсулы у Спаррана и Десси, открыли их. Слитно оба слуги произнесли «НЕТ» и уронили капсулы и свинцовые шарики в корзину. Потом они перешли к следующему в очереди, повторили свои движения, повторили «НЕТ», потом служительница на девичьей стороне встала перед Кори. С бесстрастным лицом она взяла влажные капсулы, сломала одну. По ладони в белой перчатке прокатился простой свинцовый шарик. Она сломала вторую капсулу. К серому прильнул мяч синего цвета.
Кори уставилась на него, не веря своим глазам. Она подняла взгляд. ОН смотрел на неё.
«Ты, — подумала она. — Ты специально сделал это со мной!»
Она открыла было рот, затем сжала его. Что она сможет доказать? Ничего. Она просто доставила бы неприятности родным, если бы запротестовала. Она поглядела на огромного тёмного человека на почётной скамье. «Я как-нибудь выберусь из этого, — решила она. — Я выберусь, ты не сможешь победить меня так просто».
«А ты не глупа, малышка. Да, это я сделал с тобой. Я сомневаюсь, что ты когда-нибудь поблагодаришь меня, хотя должна бы. Я ненавидел старика Григороса, когда он продал меня в Дом, но он сделал мне одолжение».
Колдун улыбнулся, когда Кори опустила глаза на стиснутые руки, когда служитель закричал «СИНИЙ». Когда он передал его ей, она с сердитой неохотой приняла синий шар, потом села, глядя в пол, отказываясь смотреть на Максима или на кого-то ещё, пока не объявили КРАСНЫЙ и ЗОЛОТОЙ. Он видел, как дрожали её плечи. Она повернул голову, снова вскинула взгляд на него, но на этот раз в лице и глазах был триумф, которого он не понял. Что я пропустил? «Есть что-то более важное для тебя, чем я думал, девочка-воин. Что это? Я узнаю, дитя… В конце концов я узнаю». ОН тяжело поднялся на ноги и стоял, наблюдая, как слуги вели избранных детей — двух мальчиков и девушку, вверх по лестнице, чтобы те встали рядом с НИМ. ОН чувствовал жар её гнева, интенсивность усилий, которые она прилагает, чтобы сохранять молчание.
Колдун поднял руки.
— Закончено, — его голос раскатился и наполнил зал. — Почтение избранным и их жизни в служении, почтение вам в награду за вашу покорность. В течение трёх дней город ваш, радуйтесь и будьте довольны».
Он смотрел, как они выходили. Самый маленький мальчик всё оглядывался, чтобы с мукой в лице посмотреть на избранных. Он наткнулся на мальчика впереди, но оправился без посторонней помощи и неловко вышел за дверь.
Максим взглянул на девушку и увидел эхо этой муки в её лице.
«Твой брат, да? Есть причины для торжества, что он проскочил в этом году? Я узнаю. Но не сейчас».
Он склонил голову в величественном приветствии детям, но не заговорил с ними, просто сделал знак, чтобы их увели внутрь. Он стоял на балюстраде, глядя на пустой зал и рассеянно потирая грудь, пока не стихли последние звуки. Он должен быть па острове Мёртвого Огня, когда прибудет мальчик, но до этого оставалось добрых шесть часов, и он не был уверен, как хотел их провести. Ему был нужен сон. Он должен был выслушать доклад Тодичи Яхзи о деятельности собранного им Совета и решить, кого он хочет добавить или удалить, какие ещё изменения нужно сделать.
Колдун должен был проверить пятно пустоты и посмотреть, не выехал ли из Силагаматиса Малыш Дэн вместе с остальными, что будет означать, что он может свободно спустить на них Амортис. Он постучал длинными пальцами по мрамору в раздражении от спешности, затем переместился в рабочий кабинет, чтобы начать с самых простых и срочных вещей, которые следовало сделать.
10. ПРОБИВАЯ ПУТЬ К СКОВАННОМУ БОГУ: БРЭНН, ЙАРИЛ, ДЖАРИЛ, АХЗУРДАН И ДАНИЭЛЬ АКАМАРИНО ПРИНЯЛИ ПОМОЩЬ ОТ ТАНДЖЕЯ И ГОДАЛАИ
СЦЕНА: Даниэль Акамарино находит для них корабль, причиняя неудобства Ахзурдану, привязанному к помещению, потому что не может оставить защиты, не ставя под угрозу себя и остальных. На корабле «Скиа Хетайра», курсирующем между Силагаматисом и Хейвеном.
— Поймал чуток удачи, — Даниэль Акамарино присел возле нищего, протянув тому мех с вином. — Нашёл себе покровителя.