— Зачем ты утащил меня в это место?
— Потому что не хотел сделать твою жизнь в Ироне более сложной, чем уже есть.
— Я не…
— Дитя… М-м-м… Как твоё имя?
— Ты не знаешь?
— Могу я спросить?
Его глубокий низкий голос рокотал и пел, волнуя её. Она забыла испугаться и подняла голову.
— Кори, — сказала она, — Кори Пьёлосс.
— Кори, — её имя стало музыкой, когда он произнёс его. Она почувствовала себя смущённой, но по-прежнему не озабоченной. — Ну, юная Кори, тебе бы не понравилось, что случилось бы с тобой, если бы кто-нибудь подумал, что я в тебе заинтересован. Я уверен, что ты понятия не имеешь, на сколь многое пойдут некоторые люди, чтобы добраться до моего уха… Это не тщеславие, дитя, это то, что происходит, когда у тебя есть своя власть или ты близок к кому-то, власть имеющему. Ты воин, Кори, да, я это знаю. Я следил за твоим заговором и действиями против меня. К сожалению, я не знал организатора, чтобы найти достаточно быстро, чтобы остановить тебя. Ах, если бы всё было иначе, если бы у меня была дочь или даже сын, если бы он или она были такими, как ты, я бы раздувался от гордости, пока не лопнул. Почему, Кори? Что я тебе сделал? Нет, я не спрашиваю тебя сейчас. Уверен, я это узнаю.
Она вызывающе уставилась на колдуна, сжимая рот в натяну той улыбке, которая должна была сказать «нет, не узнаешь».
Он усмехнулся.
— Кори, Кори, расслабься, дитя, я не собираюсь лезть тебе в голову сегодня вечером. У меня на уме другое. Знаешь ли, ты была права, я подстроил Жребий, я хотел, чтобы ты ушла из Совиной, детка, я хотел, чтобы ты была там, где не будешь больше создавать для меня проблем. О возвращении туда ты можешь забыть. Лучше подумай, чем бы тебе хотелось заняться…
Она мигнула.
— Что ты имеешь в виду?
— Я не собираюсь позволить тебе обучаться, Кори. Уверен, ты понимаешь, почему. Ты не хочешь быть святой шлюхой, правда?
Она сглотнула, коснулась горла, с усилием опустила руку.
— Это не угроза, дитя. Но мы должны найти для тебя что-то другое. У тебя есть талант, ты знаешь это?
— Гм… Талант?
— Почему ты не родилась мальчиком, ах, Кори?.. Тогда всё было бы намного проще.
— Я не хочу быть мальчиком, — она не могла бы вложить в эти слова слишком много уверенности, не после беседы с Полатеей.
Кори сморщила нос, передёрнула плечами. Забавное чувство: разговаривая с мужчиной, как сейчас, она чувствовала свободу сказать то, чего не могла сказать никому, даже Тре. Ей казалось, Сеттсимаксимин понимал её, всю её, а не только часть, понимал и странным образом одобрял. Всю. Он был первым человеком… Ну, может быть, Полатея была первой, но Полатея хотела запереть её, и если колдун имел в виду то, что говорил, ей показалось, он хотел открыть её жизнь для новых вещей, великолепных вещей. О-ой-ё, она должна ненавидеть его за то, что он сделал, за то, что он собирался сделать, когда узнал бы о Тре…
— Что я действительно хотела бы, — осторожно начала она, — так это остаться девушкой… Я — девушка, это часть того, что делает меня мной, я люблю себя, я не хочу меняться. Что я хочу? Быть свободной, чтобы делать то, что делают мальчики. — Она почесала щёку и насупилась. — Что ты имел в виду, какой талант?
— Магический, дитя. Хотела бы ты учиться этому?
— Я не понимаю.
— Есть школы, где обучают таланты, Кори. Есть такая, возможно, лучшая из них, в городе, называемом Силили. До него отсюда долгий путь, но увидишь, ты доберёшься, если решишь, что хочешь стать ученицей.
— Почему?
— Ничто никогда не бывает простым, Кори, разве ты не знала этого до сего дня? Ах да, твоя жизнь так долго была скрытой. Почему? Потому что ты мне нравишься, потому что я не люблю убивать мой народ. Не хмурься, дитя, разве твоя мама никогда не говорила тебе, что лицо может вот так и остаться? Да, вы мои, что бы вы об этом не думали, и да, я не лгу, когда говорю, что ненавижу убивать, и делаю лишь то, что должен.
— Нет. Ты делаешь, что ты хочешь.
— Хм. Возможно, ты права. Сказать тебе, что я хочу?