Они проследовали за мерцающими пятками Слии вдоль шумного порожистого потока в глубокую трещину в склоне горы, где шум воды вырос до оглушительного рёва, звука столь интенсивного, что он перестал быть звуком и стал натиском. В дальнем конце трещины с чёрной базальтовой скалы падал стометровый поток, последние десять метров терялись в вихрящемся тумане.
Слия остановилась у края тумана и махнула правыми руками.
— Проходите, — пробормотала она.
Брэнн заколебалась, заставила своего мула остановиться.
— А как с мулами, о Слия Огненносердая?
Богиня заморгала, её рот приоткрылся, пока она осознавала вопрос. Она подняла громадную ступню, ткнула в бок вороного мула большим пальцем. Зверь замер. Слия изобразила сложное движение одновременного пожимания плечами и отклонения трудностей.
— ДЕЛАЙ ЧТО ХОЧЕШЬ, МАЛЕНЬКОЕ НИЧТО, ТЫ ВСЕГДА МУЧАЕШЬСЯ ЕРУНДОЙ. ИЩИ СОБСТВЕННЫЕ ОТВЕТЫ.
Она исчезла.
Брэнн выскользнула из седла.
— Мы оставим здесь мулов и большую часть снаряжения. Я не хочу переживать о них, едва мы окажемся в том месте, — она махнула рукой в сторону колеблющейся полупрозрачной завесы, что была отчасти туманом, но, конечно, не только туманом. Она начало снимать снаряжение с вороного. — Один из вас поищет, куда мы можем сложить то, что не сможем унести.
Джарил и Йарил в своих подростковых обликах прижались к её бокам, Брэнн расправила плечи и бросилась в туман. В какой-то момент паники она не могла дышать, потом смогла. Она продолжала пробиваться через то, что её окружало, чем бы оно ни было. Она больше не могла думать о нём, как о водяном тумане, запах, ощущения, температура — всё было неправильным. Всё равно что пробираться сквозь молочный пудинг трёхдневной давности. Оно слышала приглушённые возгласы позади и знала, что двое мужчин миновали ту бездыханную фазу, следуя насколько возможно ближе по её пятам. С вздохом облегчения она стала пробиваться быстрее, больше не беспокоясь, что потеряет с ними связь. Пропал звук падающей воды, все звуки, кроме тех, что непосредственно окружали её, исчезли. Она начала терять чувство направления, голова закружилась, она задумалась, что ждёт впереди. Прогулка вслепую, может быть, навстречу опасности становилась менее привлекательной с каждым пройденным шагом.
В трёх длинах тела впереди и слегка слева перед ней открылся овал света, похожего на свет луны. Она нацелилась на него, но руки толкнули её обратно, маленькие руки. Джарил и Йарил поплыли вперёд, проносясь сквозь Врата, пока она до них не добралась. Она налегала на сверкающий пудинг, барахтаясь руками, ногами и волей, чтобы заставить тело пройти через нечто, что не то чтобы боролось с ней, но как-то пружинило. Спустя вечность она ввалилась во Врата и приземлилась, растянувшись на упругой поверхности, похожей на плотно сбитую жирную шерсть. Она слегка подпрыгнула, упала лицом вперёд, отскочила. Странное чувство, как будто она плавала, скорее в воздухе, чем в воде. Она заставила себя устоять на коленях и в изумлении уставилась на Скованного бога. Йарил и Джарил, хихикая, держались друг за друга.
Ахзурдан испытал затруднения с прохождением Врат. Его темперамент вспыхнул, но, не огрызнувшись, он прикусил язык, когда охваченный нетерпением Даниэль Акамарино жёстко пихнул его, проталкивая в ворота. Едва попав внутрь, он обнаружил внезапное уменьшение веса, приводящее в замешательство, и затруднительные движения. Он споткнулся и упал, попытался встать, но все реакции были неверными. Он вцепился в шерстяную поверхность и держался внизу до тех пор, пока даже подергивания мышц не затихли, это потребовало нескольких секунд и только. Дисциплинируя каждое движение, он медленно осторожно поднялся на ноги и застыл, уставившись на загадочную штуку, что занимала большую часть этой карманной реальности — нечто вроде огромной металлической скорлупы.
Даниэль Акамарино пробирался следом ним, наполовину плывя, наполовину стремительными бросками. Он нырнул во Врата, в контролируемом сальто оттолкнулся от шерсти и пришёл в упор на ноги, балансируя руками при гравитации в половину g. Он вытянул руки по швам. После одного или двух удивлённых вздохов, он расхохотался.
— Это же чёртов звездолёт!
13. СКОВАННЫЙ БОГ И ЕГО ЗАДАЧА
СЦЕНА: на мостике транспорта колонистов. С нижи разговаривает компьютер корабля. Йарил, Джарил, Даниэль Акамарино что-то понимают в происходящем, и им достаточно комфортно, правда, иногда возникают накладки, которые огорошивают их почти так же, как всё, что делает Ахзурдан. Брэнн уселась на место капитана — массивное вращающееся кресло с подлокотниками — и наблюдает за игрой света на поверхностях панели управления и игрой эмоций на лицах двух мужчин, отрешённая и удивлённая таким поворотом событий. С другой стороны, её радует чувство, что она наконец-то узнала, по крайней мере, одну вескую причину, почему боги, устроившие эту безумную экспедицию, притащили Даниэля Акамарино. Ему известна аппаратура, похожая на часть этого бога, который представляет собой машину не живую и не магическую. Эта видимая часть Скованного бога — беспредельно странное сочетание металла, стекла, растительного и животного вещества, мерцающей меняющейся энергетической паутины, плазмы, как будто существовала магия, которая собралась внутри потерпевшего крушение корабля и вызвала к жизни Сущность, назвавшую себя Скованным богом.