Брэнн моргнула, зевнула, потёрла лицо руками. Она чувствовала себя необычайно хорошо, хотя во рту был вкус, как будто там кто-то умер, и, когда она потянулась и пуховое одеяло скользнуло, как шёлк, по телу, она вздрогнула от ряда крошечных острых уколов от растяжения мышц, которые только подчеркнули, как замечательно она себя чувствовала. Она полежала ещё немного, наслаждаясь долгим неторопливым зевком, вспоминая с удовольствием цельное ощущение тела Дэна, когда её бёдра двигались навстречу его. Но она никогда не была в состоянии оставаться в постели, если уже проснулась, так что она рывком высвободилась от одеял и села.
Дэн всё ещё крепко спал, тонкие чёрные волосы завивались вокруг головы, буйная щетина проступила на подбородке и щеках, придав им синеватый оттенок, длинные шелковистые ресницы веером лежали на коже с просвечивающими синими жилками. Прежде она не замечала, какая у него нежная кожа. Она склонилась к колдуну, отвела со рта заблудившуюся прядь волос, проследила чёткие очертания этого рта легчайшим прикосновением указательного пальца. Рот резко открылся, на пальце сжались зубы. С глубоким горловым урчание, Дэн поймал её талию, опрокинул на спину и вгрызся в плечо, добираясь её шеи…
Брэнн окунула угол полотенца в тазик с холодной водой, с наслаждением поёжилась, пока тёрла себя.
— Изменчивые до сих пор в анабиозе. Полагаю, мне стоит разбудить их.
— Они упорно трудились, и там больше нечего делать, оставь их в покое пока… ммм… потрёшь мне спину?
— Сначала ты мне. Я бы с удовольствием помыла волосы, но мне лень греть воду. Дэн?..
— Дэн-Дэн, мастер на все руки. Как ты себя чувствуешь?
Он энергично повёл мокрым намыленным полотенцем по её спине и ниже спины, поднял волосы и более аккуратно взялся за шею. Закончив, обронил быстрый поцелуй на изгиб её плеча, обменялся с ней полотенцами и начал обтирать мыло.
— У мастера на все руки великолепные руки, — пробормотали она. — Дай мне ещё минутку, и я займусь тобой.
— Дорогая, ты готовишь нам завтрак, а я добуду горячую воду для твоих волос.
— Покладистый, — раздался раскатился низкий голос, на полненный смехом.
Брэнн развернулась, выставила ладони, вытягиваясь в сторону огромного тёмного человека в белой льняной мантии, который стоял неподалёку от них.
Дэн поспешно отодвинулся от неё.
— Бесполезно, Брэнн, это эйдолон.
— Что? — едва она произнесла это, ей больше не нужен был ответ, эйдолон сдвинулся на шаг, и она могла видеть, как сквозь него просвечивает кухонный огонь.
— Проецируемое изображение. Его здесь нет, — голос Дэна донёсся с небольшого расстояния, когда она оглянулась, он выходил из алькова с брюками и рубашкой.
— Он может нас видеть и слышать? — она взяла рубашку, на кинула на себя и застегнула спереди.
— Здесь… Если мы пойдём в альков, то нет.
Он затянул завязки штанин и подошёл, чтобы опереться о насос раковины сбоку и чуть-чуть позади от неё.
— Итак… — обреченно вздохнула Брэнн, — Чего она хочет от нас?
Эйдолон поднял большую красивую руку, направил указательный палец на альков.
— Нет! — Дэн вымолвил половину слова и начал жест, потом оборвал, успокаиваясь, когда эйдолон опустил руку и расхохотался.
— Горячо-горячо, детка Дэн? — эйдолон сложил руки на массивной груди. — Я предполагаю, вы на пару сварганили какие-то приблуды, чтобы справиться с землевладельцами. Маленькое предупреждение для вас двоих, которое вы можете передать дальше вашим многофункциональным молодым друзьям. Не трогайте мой народ. Я не ожидаю ответа. Ради чего отправлен этот эйдолон… хочу поторговаться. Я воздержусь от любых нападений на вас, я даже отзову Амортис. Вы придёте прямо ко мне на остров Мёртвого Огня. — Эйдолон повернул голову, жёлтые глаза перебегали от Брэнн к Дэнни Синему. Его рот растянулся в насмешливой улыбке. — Сделка, которая не нуждается в обсуждении, потому что у вас нет выбора, у двоих из вас. Придёте ко мне, потому что вы должны, и давайте закончим с этим.
Не давая им времени ответить, он исчез.
Стол завис на высоте талии над плитами мощёного двора. По-прежнему он был перевернут, передние стороны четырёх ножек поддерживали жёсткое ветрозащитное стекло, сделанное из чего-то, что выглядело скорее мягким стеклом, — ещё одно преобразование Дэнни Синего. Он сидел в середине саней, ухмыляясь Брэнн. Подъёмные сани, вот как он назвал это, и когда она сказала, что никогда не видела ничего подобного, воспринял как комплимент. Йарил и Джарил застыли на краю каменного кольца, засаженного широколистным кустарником, который выглядел пожухлым и потрёпанным — признаки конца года, или он нуждался в поливе. Изменчивые наслаждались спектаклем.