Выбрать главу

Вместе с жителями Совиной долины Даниель попал в Силагаматус на ярмарку, встретил там Кори, а через нее — Брэнн и Ахзурдана. Все вместе они попали внутрь Скованного бога, а там он и Ахзурдан превратились в Дэнни Синего, чтобы вместе с Брэнн отправиться на решающий бой с Сеттсимаксимином. Когда битва окончилась и Брэнн занялась лечением мага, Дэнни подобрал Бин Я Хтай, и вновь был перенесен в тело Скованного бога.

Так Скованный бог заполучил талисман.

Дэнни Синий долго бродил по древнему полуразрушенному космическому кораблю и пытался научиться колдовству Ахзурдана. Но все заклинания и навыки мага нужно было изменить, чтобы они подошли новой личности. Когда Дэнни ощутил себя достаточно сильным, он попытался напасть на Скованного бога, но был схвачен им и брошен в холодильную капсулу. В состоянии анабиоза он пролежал в ней следующие десять лет.

ДА БУДУТ ЗАХВАЧЕНЫ КАТАЛИЗАТОРЫ!

КАМИН МОГУЩЕСТВА, ВЕЛИКИЕ ТАЛИСМАНЫ:

Бин Я Хтай. Хранится у Скованного бога. Имеет вид округлого красноватого камня, оправленного в тяжелое кольцо чеканного золота на массивной золотой цепи.

Чаррикуу. Хранится у служителей Амортис в храме богини в Хави Кудаше, священном городе в срединной части Фраса. Имеет вид маленькой стеклянной лягушки, поцарапанной, надколотой, со множеством нитевидных трещинок внутри.

Франзакоуч. Хранится в нательном кошеле у шамана из темуэнгского племени рашгарамув. Имеет вид неувядающего листа, лежащего между тонких хрустальных дисков, оправленных в кольцо из тусклого серебряного шнура, подвешенное на серебряной цепи.

Глаз Харры. Хранится в тайной священной пещере Скованного бога. Имеет вид хрустального шара размером с крупный грейпфрут. Не слишком известен, как один из камней власти, поскольку это молодой талисман. Он дремлет в пещере и ждет. Ни один из первостепенных магов не знает о нем и не пользовался скрытой в нем силой.

Клукешарн. Хранится у льюинкобских уоколинков в Сердце Хенаноли, в островном городе Хеннкенсики. Имеет вид небольшого стержня, выплавленного их черного метеоритного металла и грубо отлитого в форме ключа.

Массулит. Хранится в Гениод, в подземелье, спрятанном в белых утесах на озере Пикма ка В’йанн, внутреннем море в самом сердце Джала Сарайз. Имеет вид звездчатого сапфира размером с мужской кулак, цвета неба в зените в ясный весенний день.

Шаддалах. Хранится у мага Ток Кинсы, священного города народа рукка-наг. Имеет вид пятнистого плоского морского ежа, сделанного из фарфора.

ВОЗРОЖДЕНИЕ: СТАДИЯ ПЕРВАЯ

Носители приведены в движение

I. БРЭНН, ПЬЮЩАЯ ДУШИ

Джал Вирри в Мик’тат Тукери, Брэнн и Сетгпсимаксимин.

На десятом году проживания в Тукери они теряют покой.

1

Широкая кровать скрипнула, когда Брэнн перекатилась на край ложа. Максим, не просыпаясь, издал несколько неразборчивых звуков, так что было непонятно, чем он недоволен. Брэнн перевернулась на спину и уставилась в потолок, залитый зеленоватым светом. Солнце, едва поднявшееся над горизонтом, светило в комнату сквозь густое переплетение виноградных лоз, которыми Максим закрыл окна. На его вкус, он занавесил бы окна черными плотными шторами и выбирался бы из постели не раньше полудня, но Брэнн нравился свежий воздух, она любила, чтобы морской ветер проникал в комнату. В замкнутых стенах, откуда она не могла выйти, ей становилось не по себе. Дозы оказались компромиссом. Она улыбнулась переливающимся теням листьев. Раннее утро… Ласковый зеленоватый свет.

Максим опять издал какой-то звук. Ночи стали холоднее, и Брэнн снова делила с ним постель. Зимой было очень приятно спать, прижавшись к нему, тяжелому, массивному, горячему, словно печь, но спать в ним в теплые ночи было сущим наказанием. Когда наступила жаркая погода, Брэнн перешла в отдельную спальню, и Максима снова начали беспокоить дурные сны. Её рядом не стало, и некому было их отгонять. Колдун прожил долгую жизнь и совершал вещи, о которых ныне не хотел вспоминать. В свое время они казались ему естественными, но сейчас, когда он оглядывался назад, это не приносило ему облегчения. Днем ему было чем заняться, он читал, работал в саду вместе с духами, опекавшими остров, но по ночам его мучили сны.