Не закончив размышлений, он заснул.
Он очнулся от сна так внезапно, что сел в замешательстве и ударился головой о что-то твердое и холодное. Он выругался и по шевелился более осторожно. Он находился в каменной клетке, гранитной на вид, приземистой, массивной и уродливой. Клетка стояла в середине пятиугольника, а куполообразной комнате без окон. Дверей нигде не было видно. Вокруг ни души. Он провел руками по камню и не нашел ни единого шва, даже там, где камни сопри касались.
— Здесь нет никаких дверей, как они нас сюда посадили?
— Это к’ви мир, — отозвался призрак Ахзурдана, в его насекомом голосе звучало отстраненное одобрение.
Дэнни усмехнулся, решив, что это именно то, что он должен сделать.
— А что это? — спросил он вслух.
— Клетка. Для того, чтобы держать колдунов. То есть нас.
— Хочешь сказать, что дело плохо?
— Очень плохо.
— Что это значит?
— Полагаю, мы узнаем это достаточно скоро.
— А ты не знаешь?
— Как и Лио Лаукс, я избегал этих мест. Незачем было лишний раз испытывать судьбу. Здесь не очень любят приблудных магов, неважно, какого ранга.
— Они не любят всех, кто приблудный. Здесь есть какой-нибудь закон против нелегально живущих магов?»
— Никогда о таком не слышал.
— Боги, я слишком давно здесь не был, чтобы ознакомиться с правилами, не говоря уже о том, чтобы их нарушать. В чем они меня подозревают?
— Что-то теперь будет. Если только Арфон не вмешается.
— Думаю, об этом мы можем забыть. Эта клетка высечена или создана по образцу?
— Ты имеешь в виду, могу ли я ее уничтожить?
— Да.
— Я не могу. Это можешь ты.
— Отличная надежда, ничего не скажешь.
Оба его предка обучались тому, что им было нужно, так же легко, как и дышали. Дэнни Синий выяснил, что почти точно так же может перенять магию Ахзурдана. В конце концов, ему не нужно было переделывать все с самого начала, только изменить слова и жесты так, чтобы те соответствовали новой личности. С этим были связаны две трудности. Во-первых, у него не было нужного времени, последние десять лет он провел в искусственной коме. Во-вторых, он наталкивался на неверие Даниеля Акамарино в колдовство, проникавшее в того до мозга костей. Короче говоря, он узнал, как верно изречение: «Для колдовства требуется воля, а для правильного применения воли требуется вера».
В те первые месяцы после сражения с Сеттсимаксимином, когда Дэнни оказался внутри корабля-тела Скованного бога, перед тем, как бог поймал его за составлением заговора, он трудился так, как никогда в обеих своих прошлых жизнях, стараясь полностью воссоздать слова, образы и жесты, хотя преодолеть сопротивление тени Даниеля, его бессознательное отторжение и ревность тени Ахзурдана, было все равно, что бороться с приливом. Дэнни смог научиться незначительным приемам, но оказался удручающе неспособен к передвижению между реальностями, его полупредок заключил в себе эту способность и не подпускал к ней Дэнни. Дэнни узнал достаточно, чтобы придумать способ убежать от корабельного разума, но бог проснулся, и его время вышло. Тень Ахзурдана могла питать иллюзии относительно его возможностей. Дэнни Синий лучше знал, как обстоят дела. Он достаточно искусно управлялся с огнем и ветром, мог как угодно водить за нос людей, не имевших Дара, но пока он вновь не научился свободно управлять реальностями, любой неуклюжий ученик мог превратить его в прах.
Призрак был прав, Дэнни мог разрушить клетку. Это он выяснил после пробного исследования. Но он сделал бы это с шумом, на который прибежал бы создатель клетки. Несомненно он бы рассердился из-за того, что его работа пропала впустую, и наложил бы на Дэнни более суровые оковы. Лучше оставить все, как есть, и посмотреть, что будет дальше.
— Приготовься, — произнес призрак Ахзурдана, напряжение обострило его комариный голос. — Лучше быть готовым заранее, если придется сражаться. Просмотри мои воспоминания. Давай!
Дэнни Синий не обратил внимания на уговоры своего полуродителя. У него уже просто не было времени на приобретение умений, которых он не имел ранее. Он провел кончиками пальцев по камню, стараясь прочесть ранг мага, сделавшего клетку, и пробовал окружающий воздух, чтобы ощутить призрачные образы событий, происходивших ранее в этой мрачной камере. В такое психометрическое исследование верила даже тень Даниеля, так как оно имитировало работу электронных датчиков.