— Я убил тебя, — объявил Максим. — Я забросил тебя туда, где ничего нет.
«Они узнали о нем из моих воспоминаний? — подумал он. — Нет, — решил он. — Я бы заметил. Я почувствовал бы, что они ментально грабят меня».
Дрожа от застарелой ярости и еще более древнего страха, Максим взглянул на ветхого зловещего старика.
— Я не верю в то, что ты жив, — с трудом выговорил он. — Ты мертв, ты пепел и ничто, — заявил он.
Он смотрел в глаза призрака и видел самого себя.
Сидящий, кто или что бы он ни был, знал его насквозь.
— Ты всегда был упорным, маленький Макс, — Мустеба Кса — нет, это был не он, это не мог быть он — поднял грубо отполированный драгоценный камень, звездный сапфир размером с мужской кулак.
Максим хотел броситься прочь, но камень сковал его. Пленник не мог пошевелиться. Он пытался освободиться, но это ему не удалось.
Это был один из великих талисманов, Массулит Поглотитель, Массулит Жнец, Массулит странный и невероятный, требовавший от своего обладателя гораздо больше умения, чем любой другой талисман. Массулит в руках Мустеба Кса. Нет. Великий талисман в руках этой твари, решившей принять облик его хозяина.
Сидящая на троне тварь запела и начала вытягивать нити души из беспомощного тела Максима, собирая нити в сердце Камня.
Он пытался сопротивляться. Он врезался в стену.
На мгновение он потерял самообладание и беспомощно, тщетно бился об эту стену. Затем он опомнился и стал ждать, что будет дальше.
«Что-то им нужно. Чтобы достать это, им нужен я. Я им нужен живым. Но они ошибаются… я не стану ничего для них делать».
Он смог слабо улыбнуться.
«…Надеюсь…»
Тварь наблюдала, как частицы души чародея погружаются в камень, как камень сияет все ярче, пока его чистый голубой свет не заполнил пещеру.
Тварь захихикала гнусаво и дребезжаще, как мог бы хихикать дряхлый и глупый человек. Но её смех не был таким.
Максим узнал этот звук, словно вспомнил старую боль.
Он смотрел, как его душа утекает в руки, принадлежащие, как казалось, Мустебе Кса, словно не было всех этих прошедших лет.
— Ты должен благодарить гениод за наше воссоединение, Макс, — Положив Массулит между иссохших коленей, чтобы освободить руки, он показал на семь сияющих шаров, выстроившихся дугой позади Максима, затем на сотни меньших огней, которые высочились из стен пещеры и теперь вольно плавали по ней. — У них есть для тебя небольшое задание, дорогой мой мальчик. Я сказал им, что ты заупрямишься, но ты никогда не был глупым. Так вот. У тебя нет вопросов? Ты совсем не изменился, мой сладкий, не так ли? — Новый пронзительный смешок, и старый колдун распрямил костлявые плечи и вперился взглядом в лицо Максима. — Маг Ток Кинсы хранит в самом сердце своей крепости талисман. Один из Великих. Шаддалах. — Он щелкнул своими роговыми ногтями по изгибу Массулита. — Гениод хочет его. Улавливаешь, а? Ты достанешь его для них. Сделаешь это, и получишь назад свою душу. По-прежнему нет вопросов?
— Поклянись на Массулите спасением своей души, что я получу назад свою собственную душу, если добуду и принесу Шаддалах.
— Ты ничего не хочешь больше, дорогой мальчик?
Максим пожал плечами.
— Скажи, что еще я мог бы получить, если ложь доставляет тебе удовольствие.
— А как же старые добрые времена? А как же любовь, которая когда-то была между нами? Проси, мой милый мальчик, и ты это получишь.
— Поклянись на Массулите спасением своей души, что я получу назад свою собственную, если добуду и принесу Шаддалах.
Внезапно черты лица Мустебы Кса обострились. В нем появились злоба и ярость, но он сделал то, что просил Максим. Он поклялся, и Максим признал, что клятва была истинной.
— Пусть главный среди гениод поклянется в том же самом, — продолжал Максим. — Я достаточно пожил, чтобы знать, как мне следует умереть, если нужно. Пусть он поклянется.
Сияющие шары пришли в возбуждение и начали носиться по сложным орбитам, держась на неизменном расстоянии друг от дру га, независимо от того, насколько беспорядочно они двигались. По еле нескольких минут этой суеты самый большой гениод метнулся к трону. Он завис над Мустебой Кса и прекратился в прекрасную женщину, нагую и могущественную в своей наготе. Она потянулась и взяла Массулит из дрожащих рук Мустебы Кса. Её контральто заполнило пещеру. Она произнесла клятву, которой поклялся Кса, затем бросила талисман ему на колени и приблизилась к Максиму. Она взяла пленного колдуна за локоть. Её пальцы были сильными, но на ощупь казались живой плотью. Максим не чувствовал в ней ничего необычного, никаких признаков того, что она не женщина, а нечто иное. Мгновение она разглядывала его, оценивая, затем они оба исчезли из пещеры.