На минуту Тагуило почувствовал себя неловко перед этой троицей, хотя он уже привык к летающим повсюду призракам и странствующим по миру богам…
То и дело Годалаю видели купающейся в заливе, её длинные пальцы, словно лучи лунного света, рассекали волны, гибкий зеленый хвост то взлетал в воздух, то вновь уходил под воду, словно смешивая две стихии. Иногда появлялся Гейдрань, ухаживающий за деревьями на склоне горы. Когда Тагуило был маленьким, он видел, как дракон прервал долгую засуху — красные и золотистые вспышки оповестили о том, что солнце исчезает с того места, откуда много дней нещадно палило землю. Это было так красиво, что мальчишка-оборванец, искавший съедобных моллюсков, забыл, что нужно дышать. Маленькие боги: Сесса, находящий потерянные вещи, Сулит — бог секретов, Пиндатунг — бог воров и карманников, и все остальные — они, словно веселые мыши, перебегали от одного человека к другому, приходя, уходя, не предупредив, капризные, поучающие, высокочтимые божки. Ты мог заключать с ними сделки и, если ты достаточно умен, даже получить от этого прибыль. Если же ты был глуп, и навлекал на себя и свой народ беду, что ж, это твоя вина. Если тебе не удавалось осуществить свои жадные помыслы, то в один прекрасный день ты мог стать ночным собирателем земли или попрошайкой…
Тагуило молча шел рядом с женщиной, мальчиком и собакой, обдумывая, какой у него есть выбор. Удача улыбнется ему, если позволит Танджею, но в этот момент её нельзя упустить. «Удачу нужно ловить, иначе она, не достучавшись в твою дверь, уйдет навсегда», — говорил учитель Геронтай и, чтобы закрепить урок, рассказал историю Раскатака…
Раскатак был рыбаком. Он имел маленькую лодку и совсем мало удачи. Он ловил ровно столько рыбы, чтобы не пришлось искать другую работу. Однажды солнечным днем он оказался один в своей лодке посередине спокойного моря. Пока он латал парус, сети были за бортом. Неожиданно его парус едва не разорвался пополам от сильного порыва ветра, который оторвал его от лодок остальных рыбаков и понес по волнам. Скоро ветер прекратился, волны улеглись. Солнце поднималось все выше и выше, безжалостно направляя палящие лучи в океан. Рыба не попадалась, сети свободно повисли за бортом, даже скрипа лодки не было слышно. Вдруг кто-то словно шилом проколол парус, при этом послышался такой громкий звук, будто огромная рыба выпрыгнула из воды, но на мили вокруг на поверхности не было видно ни единого всплеска.
Над головой рыбака кружил и дышал пламенем солнечный дракон, золотисто-белый, с двумя огромными, похожими на жемчужины, вращающимися глазами. На спине твари, удобно устроившись, сидел Танджею. Обмахиваясь веером, он осмотрел утлое суденышко и вдруг широко улыбнулся, просунул руку в сияние вокруг дракона, изящно очертил рукой круг в воздухе, разжал кулак, и в лодку посыпались золотые монеты. Танджей с интересом смотрел, попадут ли они на голову рыбаку и убьют его, упадут ли мимо лодки в море или же образуют рядом с человеком звенящую сверкающую горку. У Танджея не было определенной цели, он просто наблюдал, чем закончится его проказа.
Монеты со звоном сыпались вниз, тяжелые кругляши падали у босых ног Раскатака. Одна из монет упала ему на большой палец ноги и сломала кость. А нищий рыбак смотрел на монеты, забыв о работе. Через минуту он отложил холст и недовольно взглянул на покрасневший палец. Подняв ногу, он дотронулся неуклюжими пальцами до ушиба и застонал от боли. Все еще не обращая ни малейшего внимания на золото, рыбак стал рыться в своем морском сундучке, достал плоскую кость и привязал ее к ноге лоскутом ткани. Осторожно он опустил ногу. И только после этого Раскатак поднял одну из монет, оглядел её, попробовал на зуб. Он смотрел на нее, будто не понимая, что это такое. Двигаясь так же уверенно, он подобрал все монеты, проверил их и положил в сундучок. Когда с этим было покончено, он взглянул вверх, ища того, кто подарил ему золото, но увидел только блеск полуденного солнца. Раскатак откашлялся и принялся опять чинить парус. Есть золото или нет его, он не попадет домой, если парус не будет в порядке.
Закончив штопку, рыбак поставил парус, но ветра не было. Парус безжизненно повис, даже не бился о мачту. Раскатак стал ждать, полузакрыв глаза, мечтая о том, как распорядится золотом.