— Нет, не надо! — закричала Рей, кидаясь к ней, но мужчина уже схватил малышку за ворот футболки, а затем отшвырнул на несколько метров в сторону.
Схватившись за сердце, тётушка Маз подбежала к упавшему ребёнку.
Дрожащими руками она притянула девочку к себе и принялась бережно осматривать её ссадины, тихонько приговаривая что-то успокаивающее. Отойдя от секундного шока, Рей резко развернулась к ублюдку, намереваясь раскроить ему череп, но так и осталась стоять на месте, наблюдая за происходящим буквально разинув рот.
Одним точным ударом в корпус Армитаж заставил мужчину упасть на колени.
Квадратная рожа амбала побагровела, а выпученные глаза налились кровью — он хватал ртом воздух, но не мог вдохнуть. Семеро его дружков дёрнулись было вперёд, но, услышав Бена, замерли, врастая подошвами своих кожаных ботинок в землю.
— Стоять! — рявкнул он низким голосом.
Приказ предназначался вовсе не Рей, но от этого рыка девушке захотелось прижаться к земле, закрывая голову руками. Её наивная уверенность в том, что она уже видела разъярённого Бена, растаяла, как мираж над пустыней.
Возле дороги стояли двенадцать человек, а чуть позади — кучка замерших детей и подростков, но повисшую тишину нарушал только звук шагов Соло.
Парень неспеша подошёл к задыхавшемуся мужчине и сел рядом с ним на корточки. Он молча наблюдал, как амбал трясущимися пальцами пытался расстегнуть собственную рубашку, рывком срывая верхние пуговицы, как будто причиной нехватки воздуха была именно одежда, а не удар Армитажа в солнечное сплетение. Очень сильный удар.
— Завтра сюда никто не приедет, — сказал Бен спокойно, когда мужчина всё же сделал несколько вдохов. — Можешь передать директору, что я лично занялся этим вопросом, как он и хотел. Ваша помощь больше не потребуется, — парень встал и перевёл взгляд на застывшую в стороне группу поддержки. На его лице было написано откровенное презрение к ним, хотя голос звучал уже не угрожающе, а скорее равнодушно. — Заберите его.
Квадратноголовые быстро подняли с земли своего предводителя. Без лишних слов они закинули его на заднее сидение одного из автомобилей — всё ещё скрюченного и хрипящего — и, рассевшись по машинам, уехали, оставляя позади клубы пыли.
— И что теперь делать будем? — спросил Хакс, взъерошив свои и без того взлохмаченные волосы.
— С приютом? Или с тем, что ты чуть одного из «преторианцев» инвалидом не сделал? — скривился Бен и вернулся к мотоциклу, чтобы оставить там шлем. Он рывком стянул с рук мотоциклетные перчатки и кинул их на сидение.
— Ну, не сдержался, бывает. Рожи их меня бесят, сам знаешь, — рыжий пожал плечами и подошёл к пострадавшей девочке, которую всё ещё обнимала за плечи тётушка Маз. — А ты смелая. Как тебя зовут?
— Фазма, — ответила малышка гордо. Она уже стояла на ногах, явно игнорируя полученные ссадины, и с интересом рассматривала парней.
— А я Армитаж, — Хакс протянул ей ладонь. — Дружишь с Рей?
Девочка кивнула и уверенно пожала его руку. Рей с удивлением перевела взгляд на Бена, но тот только усмехнулся и покачал головой.
— Это заметно, — лучезарно улыбнулся рыжий. — Ну, как подрастёшь, приходи ко мне работать.
На этой фразе Рей зашлась в кашле, а Фазма бодро кивнула и побежала в сторону толпившейся у дверей детворы. Мальчишки с неподдельным восхищением смотрели на свою подругу, наперебой предлагая планы обороны приюта, если «эти гады явятся сюда снова».
Тётушка Маз, в свою очередь, сосредоточила внимание на гостях.
— Я бы вас поблагодарила, молодые люди, — сказала она, внимательно рассмотрев сначала Хакса, а затем Бена. — Но я подозреваю, что глупа будет та овечка, что выразит свою признательность льву, который сумел отогнать от неё шакалов, — годы работы с детьми повлияли на эту женщину весьма своеобразно — даже общаясь со взрослыми, она иногда выражала мысли весьма причудливо, замешивая собственный житейский опыт на сказочных образах.
— Тётушка, это... — начала говорить Рей, но Маз подняла вверх свою маленькую ладонь, заставляя её замолчать.