Крысы были извечной проблемой приюта, поэтому Маз расставляла мышеловки во всех комнатах и периодически сыпала отраву в подвале. Дети же прикармливали дворовых котов — последнюю линию обороны от мерзких исчадий ада. Но несмотря на все их старания, твари выживали и возвращались в дом. Рей видела их нечасто, но даже нескольких раз хватило, чтобы девушка возненавидела этих животных всей душой. Её бросало то в жар, то в холод от одной только мысли об их чёрных жирных тушках, проносившиеся где-то на периферии зрения, об их изогнутых когтях и красных глазах. Почему они красные вообще?
— Рей, ты в порядке? — спросил Бен, обернувшись.
Девушка собрала всю оставшуюся волю в кулак, чтобы уверенно кивнуть и сделать шаг вперёд.
— Давай лучше я понесу, — парень забрал лампу из её трясущейся руки и ухмыльнулся. — Ещё не передумала идти дальше?
— Нет! — резко ответила она и пошла вперёд. Никакая фобия не заставит её отступить. Как потом Кайдел в глаза смотреть? Что говорить? Извини, подруга, я испугалась шороха над головой и поэтому сбежала, как девчонка, вместо того чтобы прийти тебе на помощь?
Впереди была развилка — два коридора поменьше уходили вправо и влево, но один из них оказался перекрыт массивной стальной перегородкой — именно там обрывались следы Кайдел.
Хакс подошёл ближе и направил свет лампы на преграду.
— Она там? — спросила Рей, всматриваясь в пыль под ногами.
— Видимо, проход был открыт, когда она пришла, — сказал Бен, осматривая стену и заслонку. — Здесь нет паутины — закрылась недавно. Автоматика?
— Поэтому не вернулась, — прошептала девушка. — Она в ловушке.
— Судя по карте, в этом комплексе практически нет тупиковых коридоров, —Хакс говорил спокойно, но Рей видела, как напряжены его руки — он до сих пор ничего не разбил только потому, что вокруг были одни голые стены. — Всё закольцовано, так что выход должен быть. Но мне интересно, как автоматическая дверь закрылась, если здесь нет энергии?
— Резервное питание? — предположил Бен.
Хакс покачал головой и достал из куртки карту — очередную копию в меньшем масштабе. Отдав Рей свою лампу, он приложил бумагу к стене и провёл пальцем по схеме уровня, на котором они находились.
— Здесь можно обойти, — сказал Армитаж и снова спрятал схему. — Главное, чтобы Кайдел оставалась на месте.
Обходной путь проходил через просторный зал с длинными рядами низких диванов и иссохшими растениями в высоких клумбах. Помещение отдалённо напоминало зал ожидания на вокзале.
Внезапно включилось освещение, и Рей на секунду зажмурилась от ударившего по глазам света. В отдалении что-то загудело, и девушка снова услышала шорох — на этот раз справа. Повернув голову на звук, она увидела движение на полу — чёрная тень метнулась в коридор, из которого они вышли, чуть не задев ботинок Хакса. Вскрикнув, Рей попятилась, лихорадочно осматривая помещение.
Вдоль одной из стен проскользнуло ещё несколько тёмных тушек — все они стремились прочь из зала. Бен что-то сказал, но девушка слышала только постукивание десятков коготков о плитку. Мерзкий звук заглушал всё — голоса парней, гул генератора в отдалении, даже мысли. Отступив ещё на несколько шагов, Рей запнулась о что-то и закричала. Охваченная истинно первобытным ужасом, она не могла даже взглянуть под ноги, чтобы понять, за что зацепилась — она просто бежала, неслась, не разбирая дороги.
Впереди была лестница и ещё один коридор — светлый и пустой. Девушка взлетела по ступенькам и ринулась вперёд, но чья-то рука резко дёрнула назад, заставляя остановиться, и свет вновь погас, а за спиной закрылась ещё одна заслонка.
12. Зазеркалье.
Кайдел сидела на найденной среди прочего хлама картонке и старательно отмечала на карте все пройденные комнаты. Она провела линию от лестницы между уровнями до комнаты с пометкой «Подстанция» и, зажав в зубах карандаш, подняла голову. Поставленная на пол лампа освещала огромную генераторную установку, у которой девушка разместилась на пятиминутный отдых. Подобные машины Кайдел видела только в фильмах — устройство на массивной раме отдалённо напоминало автомобильный двигатель, но было гораздо больше. Множество труб, цилиндров и каких-то закрытых блоков представляли собой единый механизм, будто вылепленный великаном из цельного куска металла.