— Тебя кто водить учил, заправщица?!
— Я в жизни на этом корыте не ездила! — огрызнулась Рей и почувствовала, как по щекам текут слезы.
На сегодня её запас героизма был исчерпан. Вся внутренняя выдержка ушла на то, чтобы спастись самой и вытащить из пекла этого болвана.
Бен переполз на соседнее сидение и достал из кармана телефон, но тот оказался разбит.
— Успокойся, всё позади, — сказал он мягче, глядя на всхлипывающую растрёпанную девчонку за рулем. — Мы как тут оказались вообще?
— Я... я машину Платта взяла, — немного придя в себя, ответила Рей.
Бен потер виски и с минуту молчал, терпеливо собирая в голове воспоминания.
Его чёрная футболка стала серой от пыли, на руках виднелись ссадины, а на тёмные волосы будто муки насыпали.
— Ты меня сюда запихнула? — спросил он наконец.
Рей кивнула, крепче сжав руль, и Бен окинул её скептическим взглядом.
— Как?
— Адреналин, наверное, — решила соврать она. Хотя после истории с армрестлингом такое оправдание выглядело жалко.
— Адреналин, значит, — повторил парень, внимательно глядя на неё. — Телефон с собой?
Обрадовавшись смене темы, Рей утёрла слёзы с чумазой физиономии и спешно достала свой кнопочный телефон. Взяв его в руки, Бен удивлённо моргнул.
Заметив его замешательство, девушка пожала плечами:
— Зато не разбился.
Парень быстро набрал номер и откинулся на спинку кресла.
— Давай же, Хакс, давай... — тихо приговаривал он, слушая гудки как приговор.
— Хакс! Ты в порядке? Что там у вас?!
Рей тоже откинулась на спинку сидения, позволяя себе расслабиться. Ещё раз протёрла глаза, шмыгнула носом и осмотрелась более осмысленно. Внутри
Сокол был таким же, как и снаружи: пыльным, ржавым, собранным из дерьма и веток. Тем не менее, внешность оказалась обманчива, и фургон показал себя великолепно. Теперь стало понятно, почему Ункар не отправил его под пресс.
— Мы... двадцатый километр, судя по знакам, — продолжал разговор Бен. — Да, жду.
— Они в порядке? — спросила Рей, получив назад свой телефон.
— Да, успели, — коротко ответил он и закрыл глаза.
Рей видела, как парень сжал кулаки. На секунду ей показалось, что вот сейчас он сорвется и начнёт крушить всё, что попадет под руку. Внутренний голос советовал тихонько выбраться из фургона и пойти прочь, напевая под нос детскую песенку про Африку и крокодилов. Но Бен спокойно открыл глаза и сказал:
— Спасибо.
Это прозвучало искренне, поэтому совершенно обескураживало. Кивнув, Рей уставилась на приборную панель. Несколько долгих минут они просидели молча, наблюдая за проносившимися мимо машинами. Картина происходящего вокруг была слишком нормальной, обыденной, будто и не произошло ничего ужасного в нескольких километрах от них.
— Почему... всё это? Зифф, это он? — спросила наконец Рей. Она хотела понять произошедшее, но не находила нужных слов.
— Ункар. Зифф на него работает. Видимо, не просто заправщиком. А тебя в расход решили пустить, вместе с нами.
Рей захотелось свернуться беззащитным плаксивым клубочком, а затем, вдоволь проревевшись, вернуться на заправку и взорвать её ещё раз, но вместе с начальником.
«в расход»
Сиротка из детского дома всю жизнь пыталась поверить, что она — не никто.
Саму себя убедить, что у неё есть место в этом мире. Пусть она всего лишь песчинка в огромной жестокой пустыне, но всё же живая, с сердцем и душой. С Мечтой, которую они с Кайдел разделили одну на двоих. С будущим. Но всё это могло закончиться десять минут назад, потому что одна жирная скотина с отвратительной рожей посчитала Рей мусором. Букашкой на лобовом стекле, которую легко можно смахнуть ради своих целей.
Рей затихла и искоса посмотрела на Бена. Она вспомнила, как он подхватил её и попытался унести подальше от опасности. Удивительно, как часто за последние полчаса Рей меняла своё к нему отношение. Пока что в голове вырисовывался образ самовлюбленного мужлана, который ставит себя выше окружающих и тщательно скрывает свою человечность. Но где-то в глубине души эта человечность всё же есть.