— Ну, раз ты тоже так считаешь... — сказала девушка и принялась складывать все найденные на полу жилеты обратно в шкаф. Она делала это со всей тщательностью и аккуратностью, как если бы наводила порядок в собственной комнате. Чуть поразмыслив, Кайдел разложила их по типам — вправо светлые, с подсумками, влево — чёрные, облегчённые. Только удостоверившись, что шкаф с бронежилетами выглядит так же идеально, как и все остальные стенды и шкафы в подвале, она собралась уходить. Понимание того, что ключ пропал, пришло уже возле двери.
Выругавшись ещё крепче прежнего, девушка снова вбежала в помещение.
Несколько минут она ходила с опущенной головой, заглядывая под каждый шкаф, стеллаж и тумбочку. Да что там говорить, она готова была перебрать все выставленные, как в музее, пушки — лишь бы найти эту связку ключей.
Украсть вещь, а потом посеять её — такая глупость могла произойти только с ней. И ладно, если бы это было просто вещь — кошелёк или, к примеру, сумочка.
Но она спёрла, а затем потеряла ключи от подвала, набитого огнестрельным оружием!
Один билет на Северный полюс, пожалуйста. В один конец, спасибо.
Когда Кайдел уже барахталась на дне пропасти собственного отчаяния, она взглянула на ждавшего в дверях Биби. Заметив её взгляд, пёс активно завилял хвостом и издал странный звук — как будто пытался гавкнуть, не раскрывая пасти. Подойдя к нему, девушка присела на корточки и тяжело вздохнула.
— Ах ты маленькая мохнатая задница! — всхлипнула она, чуть не пустив слезу.
Ссылка в холодные края отменилась, поэтому, прежде чем забрать у Биби ключи и закрыть злополучный подвал, Кайдел достала телефон и сфотографировала пса. Когда будет пересказывать эту историю Рей, фотография маленького воришки будет весьма кстати.
Стоило только вспомнить о подруге, как от неё пришло сообщение.
Оказывается, Бен отвёз девушку на самый настоящий курорт — хорошо, что хотя бы одна из них сможет нормально отдохнуть от навалившихся передряг.
Переписываясь с Рей, Кайдел неспешно вернулась в дом. Впервые за весь день ей стало так легко на сердце — как будто всё в порядке. Можно просто подурачиться, чуть-чуть подколоть Рей и заодно отправить ей снимок Биби.
Можно не думать и не копаться в себе — ничего толкового не раскопаешь, зато шишки набьёшь точно.
В самом начале их разговора подруга прислала ей фото из подземелья, и теперь Кайдел стояла посреди комнаты Хакса, рассматривая изображение ужасного качества. У телефона Рей была отвратительная камера. Почему же тогда сердце Кайдел так сжималось от одного взгляда на этот снимок?
Армитаж пришёл за ней. За ней же? Но почему за ней? Может, за кошкой? Или на экскурсию по комплексу Империи? Как ей теперь себя вести?
Из очередной порции бестолковой рефлексии девушку вырвал звук заехавшего на парковку мотоцикла. Подскочив на месте, она кинулась к стулу и запихнула ключи в брюки Митаки, чуть не уронив их в процессе. Миссия выполнена, оставалось только сбежать, но тут начинались проблемы. Кайдел не закрыла входную дверь, а значит коридор был виден с парковки. Выскочив туда сейчас, она могла столкнуться с тем, кто в эту секунду слезал с байка и шёл к дому.
Случись это, ей бы пришлось объяснять, что она забыла в комнате Армитажа.
Рассказывать о найденном тайнике с оружием не хотелось совершенно, да и кто поверит в прелестную сказочку о спасении бедного пёсика?
В голове даже сложилось самое неправдоподобное оправдание в истории: «Ой, простите, я всего лишь хотела помочь этому щеночку и случайно наткнулась на все эти автоматы... Я уверена, что они водяные! Честно!».
Нет-нет, ей никак нельзя попасться.
Счёт шёл на секунды, поэтому девушка рванула к окну, но внезапно её телефон предательски завибрировал. То, что звук оказался выключен, было по меньшей мере чудом. С другой стороны, раздавшееся дребезжание язык не поворачивался назвать «беззвучным режимом» — больше смахивало на «режим соседа с дрелью». Достав телефон, Кайдел дрожащими пальцами отклонила вызов — звонила Рей. Именно сейчас, именно в этот момент — ну почему, звёздочка?!
Окно Кайдел так и не открыла. К комнате стремительно приближались чьи-то шаги, и времени на побег просто не оставалось — не с её нулевой ловкостью.