— Не дёргайся, и я быстрее закончу, — она достала бинт, но, глянув на масштабы ранения, решила обойтись пластырем. — Что ты имеешь в виду?
— Спасибо. Ты очень помогла мне, — сказал парень, когда все медицинские процедуры были окончены.
Кайдел не могла поднять на него глаза, постепенно осознавая произошедшее.
Ударил, чтобы пораниться. Поранился, чтобы она обработала ссадины. Чтобы почувствовала себя нужной.
— Ты... — девушка завалилась на бок, усаживаясь прямо на холодный пол.
— Идиот.
— Я думал, будут выражения покрепче, — он фыркнул, явно намекая на те словечки, которые вырвались у неё в день обнаружения арсенала в подвале.
— Зачем? Словами нельзя было сказать? — спросила Кайдел, по-прежнему пялясь куда-то вниз и в сторону. Оу, кто-то уронил мятную конфетку. — Зачем было это представление? Руку ведь мог сломать.
— Не мог, — она не видела его глаз, но точно чувствовала на себе пристальный взгляд. — Ты ведь знаешь, я лучше показываю, чем рассказываю.
— Научись уже говорить нормально. Словами! — в груди закипала отчаянная обида — на парня, на себя, на доски, в конце концов. Девушка всё-таки вскинула голову и посмотрела Хаксу прямо в глаза. — И почему тебе так нравится устраивать для меня эти показательные выступления? В наставники набиваешься? Хочешь жизни научить?! Тоже мне, мастер Шифу доморощенный!
— Просто нравится.
Армитаж сполз со стула на пол, опустившись на колено перед возмущённой Кайдел. Она смотрела на него с вызовом — пускай снизу вверх, зато горделиво вскинув голову. Она собрала всю силу воли, чтобы не поплыть от очередной тёплой улыбки и хитрого лисьего взгляда с огненными искрами в черноте зрачков. Она почти научилась противостоять этой магии — впрочем, круг из соли не помешал бы.
— Нравится, — вновь повторил он и наклонился, зарываясь пальцами в светлые волосы девушки и притягивая её к себе.
Кайдел не успела ничего — ни подумать, ни шелохнуться. Смогла только застыть, широко распахнув глаза, и тут же закрыть их, потому что всё разлетелось вдребезги, когда она почувствовала чуть обветренные, тёплые губы Армитажа на своих губах. Обида — вдребезги, негодование — вдребезги, мысли в голове — тоже вдребезги, и весь мир песчаной рекой посыпался куда-то вниз.
Свой первый поцелуй она представляла вовсе не таким. В её мечтах он был осторожным и очень нежным — он должен был начаться с лёгкого касания, от которого по телу пронеслись бы мурашки, и потом, постепенно, перейти в нечто более страстное. Или даже не перейти, потому что первый поцелуй должен быть невинным, разве нет? И уж точно не на полу в кухне, в антураже разбитых паллет и холодного чая.
Вот только Хакс не читал эту инструкцию.
Он целовал горячо и уверенно, крепко удерживая её лицо в своих ладонях и пропустив все пункты о целомудренных прикосновениях. Он отстранился лишь на секунду, почувствовав, что Кайдел застыла, боясь ответить, и выдохнул ей в губы короткое: «Давай».
В пекло инструкцию.
Она сама подалась вперёд. Она целовала неумело, неуклюже, но со всей искренностью отдаваясь нахлынувшим ощущениям — таким сладким и опьяняющим. Кайдел приподнялась, вцепившись пальцами в его плечи. Она чуть качнулась на ватных ногах, и Армитаж тут же подхватил её за талию, поднимая выше, позволяя обвить руками его шею и прижаться крепче. Девушка почти что повисла на нём в попытке устоять на коленках и не завалиться на пол снова.
— Хочешь знать, кем тебе нужно быть? — спросил Армитаж, когда дыхание Кайдел сбилось окончательно, и поцелуй пришлось разорвать. — Как насчёт быть собой? Потому что ты мне нужна. Вся эта твоя суматошная забота. И пластырь этот твой нужен. Я в жизни не клеил пластыри, — он засмеялся, прикрыв глаза. — А вот этот вот мне нужен.
Он снова поцеловал, не давая ответить. Впрочем, Кайдел понятия не имела, что отвечать — разлетевшиеся вдребезги мысли ещё только предстояло собрать в кучу, но точно не сейчас.
***
В приют они приехали на одной из тех устрашающих чёрных тачек, которые девушки периодически видели на парковке перед домом. Казалось, что на этой ядрёной помеси внедорожника с ночным кошмаром можно было несколько зданий проехать насквозь и не ощутить дискомфорта. Идеальный аппарат для зомби-апокалипсиса.