Рей отвернулась. Смотреть на происходящее было выше её сил, поэтому дальнейший бой она могла только слышать, хотя звуки ударов и тонули в радостных возгласах публики.
— Митака сказал, что ты сбежал! — прошептала девушка, силясь сконцентрироваться на разговоре с Люком и не обращать внимание на творившееся перед ней избиение.
— Я? — Скайуокер усмехнулся. — Я не настолько удачлив и проворен, чтобы сбежать от этого прохвоста. Он сам передал меня в руки этих ребят. Благодаря ему я такой же пленник, как и ты.
— Митака?.. — переспросила Рей беззвучно. Значит, всё это время именно он был предателем, передававшим информацию Сноуку. Видимо, не только информацию.
— Меня заставили провести экстренные операции для этих амбалов, но ты же видишь, да? Они не такие, как ты.
Девушка заставила себя вновь посмотреть на ринг. Преторианец с лёгкостью удерживал на весу последнего противника — тот изо всех сил пытался вырваться из удушающей хватки, но жизнь покидала его с каждой секундой, пока стальные пальцы сжимали его глотку. В конце концов преторианец брезгливо откинул в сторону повисший на его руке труп.
Гости были в восторге. Они аплодировали и выкрикивали «Браво!», но определённо не замечали того, что видела Рей — рука бойца подрагивала, а пальцы неестественно выгибались, когда он пытался согнуть кисть. Ему тяжело давался контроль над механизмом, который должен был срастись с его телом, но на самом деле был в спешке пришит, а не вживлён так же, как были вживлены протезы Рей. Введённый в кровь наркотик только усугублял ситуацию.
— Господа! Вся информация, связанная с товаром, представлена в этих документах, — Сноук указал на папки с документами в руках у молоденькой ассистентки. — На данный момент ознакомиться можно только в пределах этой комнаты, но вы можете не спешить. Прошу вас.
— А что с девчонкой? — подал голос мистер Хатт, пройдясь по Рей сальным взглядом.
— Выставочный экземпляр, — фальшиво улыбнулся Сноук. — Впрочем, всегда можно договориться.
Рей успела забыть, что стоит здесь вовсе не на правах гостьи, но слова старика вернули её в реальность. Она отпрянула в сторону, как от удара, но металлическая рука одного из охранников крепко схватила её за локоть. Бежать было некуда.
24. Десять минут.
Где тот ржавый гвоздь, когда он так нужен?
Кайдел сидела на асфальте возле одного из рефрижераторов и исподлобья наблюдала за подошедшим к ней человеком в чёрной спецовке и кепке, скрывавшей половину лица от камер. По Дэмерон. Явился собственной персоной.
— Мисс Конникс, — он присел на корточки и внимательно посмотрел девушке в глаза. Посмотрел почти что с жалостью — как на больную псину, которую, увы, придётся пристрелить.
Связанные за спиной запястья начинали затекать, а мужчина продолжал сидеть рядом, будто ждал от девушки какой-то реакции. Были бы свободны руки, дождался бы очередного гвоздя — на этот раз в глаз.
— Смотришь на меня, как будто я враг тебе. Это не так, Кайдел, — Дэмерон устало вздохнул и поднялся. — Всё, что я делаю, я делаю для таких, как ты.
Поверь мне, без Сопротивления этот мир обречён на рабство.
Он говорил вкрадчиво, и голос его странным образом убаюкивал — так говорят не фанатики, но гипнотизёры. Что-что, а вербовать он умел.
— Всё готово, — один из террористов подошёл к Дэмерону и вручил ему небольшой пульт с десятком кнопок и тумблеров, но без единой надписи или обозначения.
— Хорошо, — Дэмерон вскользь глянул на Кайдел, словно раздумывая о чём-то.
— Уходите. Дальше я сам.
— Что с охранником? — спросила девушка, когда все подручные Дэмерона направились к третьему фургону — на нём привезли напитки для вечера.
По-прежнему сидевший в своей будке сторож никак не реагировал на происходившее, и Кайдел боялась предположить самое ужасное.
— О, за Уэксли не беспокойся, — Дэмерон коротко свистнул, и охранник-предатель с готовностью выскочил на дорогу. — Он уже подал заявление на увольнение.
Когда фургон с террористами подъехал к открытому шлагбауму, сторож весьма ловко запрыгнул на пассажирское сидение.
— Даже так... — Кайдел опустила голову, не желая смотреть на то, как преступники беспрепятственно уходят от наказания.