Девушка уставилась на собственную металлическую ладонь. Последние десять лет она не могла даже представить, что выйдет из дома без перчаток, а сейчас совершенно случайно обнаружила их в куче хлама в салоне провонявшего бензином фургона. Потеряла такую ценную вещь и даже не заметила. Вот так просто?
Последние десять лет она боялась чужих взглядов, зато весь сегодняшний вечер проторчала в набитом людьми полицейском участке, не обращая никакого внимания на незнакомцев. Вот так... просто?
Нет, отнюдь не просто. Свобода от старых страхов не пришла сама собой. Она долго стояла в конце длинной очереди самых разных событий и ощущений и ждала, когда же сражения с чудовищами научат Рей не беспокоиться о мнении незнакомцев.
Рей фыркнула и откинулась на спинку кресла. Рефлексия не в её стиле.
Проследить всю эту цепочку психологических состояний смогла бы Кайдел, но точно не сейчас. В эту минуту блондинка устраивалась на переднем сидении Сокола и о чём-то говорила с Хаксом. Она улыбалась, но всё ещё выглядела смущённой в столь непривычной для неё одежде.
Снова взглянув на перчатки, Рей заметила белый конверт, лежавший прямо под ними. Взяв его в руку, она увидела на обратной стороне короткое послание кривыми, кое-как собранными в слова, буквами: «Для Рей, подарок на прощание».
Звеняще-скрипящий звук заведённого двигателя заставил её отвлечься от странного письма.
— Эй, а как же Бен? — спросила Рей, пододвигаясь вперёд.
— Он поехал в больницу, — ответил Хакс, на мгновение посмотрев ей в глаза в отражении зеркала заднего вида. — К Митаке.
Тяжело выдохнув, девушка снова упала на своё место. Видимо, убийства на сегодня ещё не закончились.
Бен точно слышал слова Люка о Митаке, а значит собирался лично поквитаться с предателем. Стоило лишь на мгновение вспомнить, каким парень бывал в гневе, чтобы понять, чем может закончиться этот визит в больницу.
— Только не это, — тихо всхлипнула Рей, уронив голову на руки.
Она не искала оправданий для Митаки, но новый труп в копилку сегодняшних событий добавлять совершенно не хотелось.
— Не убьёт он его, — сказал Армитаж, выезжая с парковки полицейского участка. Караулившие сенсацию журналисты даже не взглянули на раздолбанный фургон, продолжая донимать вопросами дежуривших на входе в здание копов.
— Убьёт? Кто? Кого? — встрепенулась Кайдел.
— Бен Митаку, — Армитаж снова глянул на Рей через зеркало заднего вида.
— Пока мы общались с Лэндо, Рен рассказал мне о его предательстве. Наш Митака оказался крысой. Сливал информацию Сноуку.
Опешившая от таких новостей Кайдел больше ничего не спрашивала — только молча переводила взгляд с Хакса на подругу и обратно.
— И почему ты считаешь, что не убьёт? — обречённо спросила Рей — будто это её вели на плаху.
— Потому что Митака мог предупредить Сноука о теракте, но не сделал этого.
Именно он вскрыл ноут Дэмерона, и он же первым получил информацию о выкраденной в комплексе взрывчатке. У него были все козыри, чтобы спасти своего хозяина. Но он ничего ему не сказал. Зато сказал нам.
— Но почему? Он работал на Сноука, но хотел, чтобы его убили?
— Вот это Бен и хочет узнать.
— Если бы Митака просто желал смерти Сноуку, уехал бы уже давно, — тихо сказала Кайдел, отвернувшись к окну. — Все козыри... Так надо было пользоваться ими, да? Оставить директора в заминированном здании, а самому уехать в закат. Так бы и от вас избавился. Почему он приехал, когда ты позвонил? Почему вообще предупредил?
— Не знаю, — Хакс пожал плечами. — Но как раз поэтому Бен его и не убьёт.
Рей вновь тяжело вздохнула. Когда казалось, что все трудности позади, жизнь подбросила новое полено в этот костёр неурядиц.
— Немного не по теме, — сказала она, вскрывая конверт, который по-прежнему держала в руках. — А кто мог залезть в Сокол, пока нас не было рядом?
— Да кто угодно, это же Сокол, — фыркнул Армитаж. — А что такое?
— Да тут мне кто-то оставил подарок. Прощальный.
В конверте девушка нашла чёрную флешку. С некоторых пор неопознанные флешки вызывали у неё только самые худшие подозрения, и неприятное чувство тревоги вновь сдавило горло.