Не дослушав объяснения, Хакс почти невесомо поцеловал её в шею, а затем ещё и ещё, постепенно спускаясь к вырезу футболки. От таких нежных прикосновений у Кайдел мурашки пробежали по коже — как же чертовски приятно это было. Но стоило парню пройтись ладонями по её бёдрам, как девушка застыла в его руках каменным изваянием.
— Арми, — неуверенно прошептала она, боясь пошевелиться.
Ничего не ответив, он осторожно забрал нож из её руки и отложил его в сторону.
— Что ты делаешь, я же готовлю, — тихо сказала она, хотя прекрасно понимала происходящее.
За два дня ничего не случится, да?
Развернув девушку к себе лицом, Армитаж провёл ладонью по её щеке, несколько секунд рассматривая её лицо. Его глаза потемнели, а взгляд стал словно хмельным, но таким притягательным. Хотелось податься вперёд и поцеловать самой, попробовать это опьянение на вкус, но всё портил сковавший движения страх.
Раньше Кайдел казалось, что она боится облажаться, но всё оказалось сложнее — ей было страшно переступить черту, после которой жизнь, казалось, уже не будет прежней. А может, всё было просто, как дважды два, и девушка банально боялась неизвестности. Секс для неё был чем-то совершенно непонятным. Тем более, по слухам, в первый раз этот процесс должен быть болезненным, и это не добавляло смелости.
— Пойдём наверх, — хрипло шепнул парень, снова покрывая её шею нежными поцелуями, которые, однако, становились всё более настойчивыми и нетерпеливыми. — Потом приготовишь. Или закажем что-то.
— Постой, Арми, — Кайдел упёрлась ладонями в его грудь, но этого хватило, чтобы Хакс наконец остановился и посмотрел на неё — теперь с непониманием. — Я… Не могу. Прости.
— Что-то не так? — парень выглядел сбитым с толку.
— Всё так! То есть, я хочу сказать, всё нормально, но я просто не могу, прости…
Нужно было что-то объяснить, но Кайдел понятия не имела, как сказать такое вслух, глядя ему в глаза. Может, сбежать в ванную и настрочить смску?
Хакс сделал шаг назад и положил руки на плечи девушки, заглядывая ей в глаза. Он выглядел серьёзным, но по прежнему сбитым с толку.
— Так не бывает, чтобы всё нормально, но «давай останемся друзьями». Я думал, у нас всё хорошо.
— Что? Нет! Я не это имела в виду! — встрепенулась она, сцепив руки в замок перед собой.
— Тогда я ничерта не понимаю. Вздохнув, Кайдел на секунду закрыла глаза, собираясь с мыслями.
— Для тебя это что-то обычное, да? Привычное, наверное, — наконец сказала она, вцепившись взглядом в одну точку за спиной у парня — прямо в вершину одной из гор на граффити.
— А для меня всё сложнее. Я… Помнишь, как мы поцеловались тогда на кухне? Глупо, конечно, но это был мой первый в жизни поцелуй. Так что мне… Мне нужно время. Я пойму, конечно, если…
Она запнулась, заметив, как на неё смотрел Хакс — словно Лохнесское чудовище выползло из своего озера и притопало прямо к нему домой, посмотреть футбол и выпить пива. На лице парня отразилось чистейшее удивление — хоть сейчас в палату мер и весов. С минуту он молча стоял вот так — только моргал изредка и вроде бы даже дышал. Чем дольше длилось его молчание, тем больше девушке хотелось провалиться сквозь землю — в данном случае сквозь пол, чтобы, пролетев несколько этажей вниз, расшибиться в кровавую лепёшку прямо о фундамент.
— Постой, но ты же… Тебе же двадцать, да?
— Чего? — настала пора Кайдел удивляться.
— При чём тут это?
— Красивая двадцатилетняя девушка в городке вроде Джакку. И… девственница, что ли? — по-прежнему эталон удивления на лице, без изменений. У него в голове будто заново прокручивалась каждая их встреча и каждый разговор. В эту секунду на смену всему смущению пришло негодование, и Кайдел резким движением сбросила его руки со своих плеч.
— По-твоему в Джакку живут только шалавы, что ли? — шикнула она, но тут же поджала губы. З
вучало странно, будто бы в её понимании каждая девушка, которая не хранит невинность до свадьбы, автоматически причисляется к разряду девиц лёгкого поведения, хотя она вовсе так не считала. Тем не менее, удивление Армитажа начинало давить на нервы.