Кайдел обернулась и насуплено посмотрела на виновника всей этой суматохи. Вот он не выглядел растерянным. Напротив, стоило им выйти из мэрии, как Армитаж снова стал собой — уверенным, нахальным, ярким. Невероятным. Девушка молча проследила за тем, как он принёс и поставил на журнальный столик две чашки кофе, и снова посмотрела на припрятанное среди книг свидетельство. Нельзя вот так выходить замуж — спонтанно, необдуманно, без малейшего представления, что будет дальше. Но когда рядом с тобой человек, которому ты доверяешь свою жизнь, ради которого тебе не страшно с этой жизнью распрощаться, то, может, всё-таки можно? На одной из книг Кайдел увидела имя автора «Брендол Хакс».
— Это твой отец написал? — спросила она, проведя пальцами по глянцевой обложке. Сложная медицинская терминология в названии тома не говорила девушке ни о чём.
— Да, — парень сел на диван и сделал глоток кофе. — Там много его книг. Бери, если интересно.
— Ты хранишь их? Я думала… После того, что она услышала о семье Армитажа, сложно было поверить в трепетное отношение сына к трудам отца. Тем не менее, парень хранил эти книги. Быть может, они остались той последней нитью, что связывала его с семьёй.
— Всего лишь книги, — он пожал плечами.
— Ладно, — кивнула Кайдел и тоже села на диван.
— Ладно? И всё? Как скучно, — парень разочарованно фыркнул. — Я-то надеялся, что ты попробуешь уговорить меня наладить отношения с папашей, а я психану, и мы поссоримся. Первая семейная ссора — звучит романтично!
— Я уже поняла, что у тебя какое-то извращённое понятие о романтике, спасибо, — вздохнула она, покачав головой.
— Я бы согласился.
— Что?
Армитаж отставил кофе на столик. Он странно улыбался — то ли печально, то ли с надеждой на что-то.
— Ты могла бы выучиться на медсестру, как думаешь? Или на врача, в «Арканисе». Кайдел вспомнила это название — так называлась медицинская академия, в которой преподавал его отец. Значит, ради неё Армитаж готов был даже на разговор с родителями. Спуститься ради девушки в тёмное подземелье, пойти в одиночку в логово террористов, убить главаря этих террористов — все эти поступки определённо меркли перед решимостью встретиться с собственными родителями, которые считали парня повинным в смерти брата.
— Арми, — прошептала она, осторожно дотронувшись до его руки. Он крепко сжал её ладонь в своей.
— Подумаешь об этом? Кайдел кивнула. Не стоило принимать такие решения, не обдумав всё как следует. В конце концов, это же не свадьба.
— Твой отец, он ведь до сих пор думает, что ты во всём виноват? — спросила она спустя минуту. — Но дело же закрыли?
— Всё замял Сноук. Если бы не он, разбирательство могло затянуться на годы. Отец же… Мне кажется, он принял это как доказательство моей вины. А я был настолько зол, что плевать хотел на его мнение. Так мне тогда казалось. Но… Может, я ошибался? Может, пора уже попробовать…
— Я помогу, — твёрдо сказала Кайдел, глядя в глаза Армитажа. Что бы ни случилось, она будет рядом. Даже если понадобится спалить академию «Арканис» дотла. Ну, мало ли.
Внезапно парень рассмеялся и погладил её по голове, как кошечку.
— Ты выглядишь такой серьёзной.
— Потому что всё это серьёзно! — насупилась она.
— Возможно. Но давай оставим это на завтра? Или на следующую неделю? На другое столетие? — уже без тени серьёзности на лице говорил он и широко улыбался.
— Арми!
— Просто давай не будем об этом сегодня, — парень вдруг притянул её к себе и поцеловал в лоб.
— Сегодня я хочу быть счастливым. Кайдел положила голову ему на плечо и глупо улыбнулась — да, сегодня хотелось чувствовать только счастье.
— Кай.
— Мм?
— Тебе ещё нужно время? Она подняла голову и вопросительно посмотрела на Армитажа, прежде чем поняла, о чём он говорит. «Мне нужно время», — так сказала Кайдел вчера, а сегодня это время, кажется, истекло. Впрочем, больше ей и не нужно было — ни одного дня, ни одной минуты. Разве страшно доверить своё тело человеку, которому ты доверяешь собственную жизнь? Девушка сама подалась вперёд, чтобы поцеловать Хакса.
— Кай, не бойся. Самое страшное, что может случиться — ты навернёшься с лестницы, — усмехнулся он ей в губы. Кажется, её всё-таки немного потряхивало.