28. Quattuor solis
Когда Бен припарковал Мустанг напротив входа в приют, Маз уже ждала у дверей.
— Доброе утро, — сказала девушка, выйдя из машины и подойдя к ней. В прошлую встречу им почти не удалось поговорить — спешный переезд отнимал каждую свободную секунду. Или, быть может, тогда Маз просто боялась откровенного разговора с воспитанницей, виртуозно прячась за неотложными делами приюта.
— Здравствуй, Рей. Она повела Бена и Рей во внутренний двор, где двое скучавших полицейских охраняли запечатанный вход в подземный комплекс — теперь все секреты «Империи» унаследует государство.
— Мы ненадолго, — сказала девушка, подойдя к столу, на котором их уже ждали горячий чай и печенье в корзинке.
— Я понимаю, — кивнула старушка, присаживаясь на один из стульев. — И всё же я хочу сказать кое-что.
Бен, хранивший молчание до этой минуты, легко подтолкнул Рей вперёд.
— У нас есть время. Думаю, вам нужно поговорить, — сказал парень и отошёл в сторону, чтобы ответить на телефонный звонок.
— Я совершила множество ошибок в своей жизни, — начала Маз, сцепив руки в замок на своих коленях. — За некоторые мне не расплатиться до конца моих дней. Но я хочу, чтобы ты знала — этот приют я не считаю ошибкой. В это место, в этих детей я вложила свою душу. В вас, Рей. Я скрывала правду, потому что боялась, каждый день боялась. В конце концов, мои страхи настигли меня, затребовав расплаты за грехи. И я готова платить. Но каким бы ни было твоё решение — ваше решение — я буду любить вас всегда. Прости меня, прости за всё. Если сможешь.
Рей не сомневалась, что речь была подготовлена заранее, но на последних словах Маз не смогла сдержать слёзы. Она уронила голову на грудь, беззвучно глотая катившиеся по щекам слёзы. Девушка подбежала к ней и, упав на колени, накрыла ладонями её трясущиеся руки.
— Не нужно, пожалуйста, не надо. Я не держу зла, — шептала она, чувствуя, как и сама начинает плакать.
— Пожалуйста, позаботься о ребятах. Они все так любят тебя. Ты — их семья. Рей больше не чувствовала обиды. Она гладила маленькие руки Маз и думала о том, что эта женщина готова была отдать свою жизнь за каждого ребёнка в приюте. Возможно, именно это она и сделала, десять лет назад посвятив себя Новой надежде.
— Обещай мне, что будешь счастлива, — тихо сказала Маз, проведя рукой по волосам Рей. Девушка посмотрела на стоявшего в стороне Бена. Он о чём-то негромко говорил по телефону, глядя на жёлтую полицейскую ленту, натянутую вдоль всего палисадника.
— Обещаю, — ответила Рей, поднимаясь. Это было самое лёгкое обещание в её жизни — чтобы выполнить его, достаточно будет просто жить своей новой жизнью. Достав из кармана чёрную флешку, она протянула её тётушке.
— У меня есть просьба.
— Что это?
— Это от Люка. Здесь данные о протезах и о том, как создавать для них искусственную кожу. Думаю, нужно передать это Эмилин Холдо. Я боюсь, что власти могут засекретить разработку… Или отдать всё только военным. Но если данные окажутся у «Раддуса», то есть шанс…
— Есть шанс, что технология дойдёт до обычных людей, — кивнула Маз.
— Да, Эмилин сможет распорядиться всем правильно. Но как же ты?
— Мне это уже не нужно, — улыбнулась девушка.
Прежде чем покинуть приют, Рей в последний раз зашла в свою старую комнату и посмотрела в зеркало. В отражении не появилась прекрасная валькирия — там по-прежнему была Рей — милая девушка, с очаровательной улыбкой и красивыми каштановыми волосами, которые мягкими волнами лежали на хрупких плечах. Собирая по коробкам вещи Кайдел, Рей позаимствовала у неё белоснежное платье с юбкой «солнце» — в нём девушка выглядела такой изящной. Красивой.
Бен: Звонил Кардо. Он уже забрал вещи и блохастого. Ты скоро?
Прочитав сообщение, Рей прыснула от смеха. Всё утро Бен морщился и кривился, не желая везти Биби на Мустанге аж до Корусанта. В итоге, пса оставили сторожить коробки с вещами, которые позже, вместе с ним, должны были забрать Рены. Посмотрев в зеркало в последний раз, Рей вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.
***
«Полиция ликвидировала террористическую группировку, планировавшую теракт в филиале Первого ордена».