Уставившись в телефон, Кайдел снова и снова закидывала сахар в свою чашку. Когда количество опрокинутых ложечек перевалило за десять, Армитаж мягко коснулся её руки.
— Думаю, этот кофе ты уже испортила, — усмехнулся он и, забрав чашку, вылил содержимое в раковину.
— Прости, я тут… Зачиталась, — виновато сказала Кайдел, продемонстрировав ему очередную новостную статью в своём телефоне.
— Капитан Калриссиан нашёл их базу.
— Мои ему поздравления, — скривился Хакс и упёрся бедром в кухонный остров. — Хотя не думаю, что после смерти Дэмерона эти ребята представляли хоть какую-то опасность.
— И всё же… Так спокойнее, — она отложила телефон в сторону и посмотрела на парня. — Я ведь так и не сказала тебе спасибо. За Дэмерона. Ты спас меня тогда… В какой раз? Армитаж пожал плечами и провёл рукой по её волосам.
— Тебе предъявить полный список? — ехидно усмехнулся он, но тут же притянул девушку к себе, обнимая за плечи.
— Видимо, это моё проклятье — вечно снимать с дерева одного упрямого котёнка. Кайдел ткнулась носом в его плечо, пряча лицо.
— Как-то это звучит… Приторно.
— Что звучит? — Ну, про котёнка.
— Ты сама называешь Рей звёздочкой, но смущаешься «котёнка»?
Кайдел не стала отвечать. Что тут скажешь, если такое вроде бы обычное прозвище попросту обезоруживало её? Котёнок — маленькое, беззащитное и до умопомрачения милое существо, которое так нуждается в защите кого-то большого и сильного. Армитаж приподнял её подбородок указательным пальцем, заставляя посмотреть ему в глаза. Почти минуту он молча рассматривал раскрасневшееся лицо девушки, вынуждая её неуверенно переминаться с ноги на ногу.
— Но тебе это нравится, — наконец сказал он, понизив голос и наклонившись ближе.
— Котёнок. Могла ли она предположить что-то подобное тогда, когда босиком спускалась по решетчатой лестнице к незнакомцу, который подвёз домой её подругу?
***
Джакку остался далеко позади, но пустыня не хотела так просто отпускать своих пленников. Казалось, что серое полотно дороги уходит в бесконечность и вырваться из этого песчаного плена просто невозможно.
Рей сидела на пассажирском сидении Ипсилона почти боком — так, чтобы ничего не могло отвлечь её от рассматривания Бена. Его волнистые чуть отросшие волосы развевались на ветру, и девушке хотелось запустить пальцы в эти мягкие локоны.
— Не отвлекай водителя, — усмехнулся Бен, продолжая смотреть на дорогу.
— Я же молчу, — насупилась Рей, вцепившись пальцами в ремень безопасности.
— Ты смотришь.
Девушка фыркнула и села прямо. Этот самодовольный болван всегда чувствовал её взгляд — хоть искоса смотри, хоть из тщательно подготовленной засады.
— Тебе же нравилось, как я смотрю на тебя.
— Мне и сейчас нравится, но я боюсь, как бы мы не вылетели на обочину, — сказал он почти серьёзным тоном, но Рей прекрасно слышала скрытую насмешку в его голосе.
— Не думала, что ты такой плохой водитель, — она трагично всплеснула руками, и в ту же секунду её вжало в кресло. Говорила ей Маз — не шути об умении мужчины водить машину! Тётушка вообще давала хорошие советы, но Рей так редко слушала. Мустанг набирал скорость. Ветер в ушах гудел всё сильнее, и девушке захотелось рассмеяться и поднять над головой руки, чтобы почувствовать потоки воздуха, но внезапно мир закружился. Рей вскрикнула и зажмурилась, ожидая то ли удара, то ли кувырка на обочину. Вместо этого её тряхнуло в кресле и вжало в ремень безопасности. Когда девушка открыла глаза, Мустанг ехал с той же скоростью и в ту же сторону, но теперь… задом. Рей не успела толком удивиться, как парень снова выкрутил руль и сменил передачу — машину вновь развернуло на сто восемьдесят градусов, и они продолжили ехать прямо, как ни в чём не бывало.
— Ой, дурак… — прохрипела она, хотя внутренне пищала от восторга, как маленькая девочка. Словно услышав этот писк, Бен самодовольно улыбнулся, а Рей только обрадовалась тому, что им до сих пор не пришлось участвовать в погонях. Если, конечно, не считать тот раз, когда она «угнала» Ипсилон.