— Я понятия не имела! — девушка сжала кулаки, чувствуя на себе испытывающий взгляд Бена.
— У твилека есть один интересный побочный эффект, — парень склонил голову на бок, не отводя взгляда от бежевых перчаток. — От длительного применения меняется цвет кожи. Синеет или, например, зеленеет.
Теперь и сама Рей смотрела на собственный сжатые кулаки, опустив голову. Вот, значит, как Бен объяснил для себя её силу? И страх показать руки? А теперь, когда они нашли в машине её бывшего работодателя запасы этого твилека, только утвердился в мысли, что подобрал на заправке девочку-наркоманку?
— Я в жизни... — Рей говорила тихо, стараясь оставаться спокойной, но голос всё равно дрожал. — Наркотики не пробовала! Никакие! Вообще! — её потряхивало от обиды, а на глазах выступили слёзы. — Тем более такую дрянь!
— Рей, я не... — Бен положил руку на плечо девушки, но она тут же оттолкнула его, так и не поднимая головы.
— Это не от наркоты! Понял?! — Рей сорвалась с места, направляясь к двери фургона, но Бен схватил её за плечо и резко развернул к себе.
— Я не думал, что ты наркоманка! — рявкнул он, удерживая её лицо за подбородок. — Слышишь меня?! Я совсем кретин по-твоему?! Я нарика за милю чую! Какая из тебя, нахер, наркоманка?!
— Тогда... что? — Рей всхлипнула, с непониманием уставившись на парня.
— Из твилека пытались сделать препараты для солдат, — Бен отпустил её, тяжело вздохнув. — Хотели научиться контролировать побочку. Эликсир суперсилы вывести, вроде того. Да облажались и забросили. Но увидев сейчас эти таблетки я... Вдруг подумал, что Ункар себя химиком возомнил и на тебе какие-то эксперименты ставил. Подмешивал в еду, например. Ты могла и не знать.
Несколько минут они молча стояли друг напротив друга, не двигаясь. Из фургона доносился голос Хакса — он что-то увлечённо рассказывал Кайдел, а она весело смеялась в ответ.
— Это не от препаратов. Точно, — наконец сказала Рей и развернулась. — Пора ехать.
Не оборачиваясь на Бена, Рей залезла в Сокол. Хакс сидел рядом с Кайдел и осторожными движениями обрабатывал бадягой из фляги длинный косой порез, тянувшийся от коленки на несколько сантиметров вниз. И платок же где-то нашёл, белый. Блондинка морщилась, стараясь не пищать от боли, а рыжий отвлекал её какими-то глупыми шутками.
— Кай! — воскликнула Рей, протискиваясь ближе к подруге. — Всё же нормально было!
— Да, но когда Бен хлопнул дверью, сверху ещё какая-то дрянь свалилась, — сказала она и тут же зажмурилась.
— Шшш... Тише, — приговаривал рыжий, внимательно осматривая рану.
— Пластырем бы заклеить, но пока придётся кровь салфеткой вытирать. Ничего, скоро будем на месте.
Сокол просел на левую сторону, когда за водительское сидение вернулся Бен.
Снова в футболке. Раздался очередной яростный хлопок дверью, и теперь уже три голоса рявкнули одновременно: «Не хлопай!».
***
Они приехали к каньону уже затемно. Двухэтажное здание гостиницы находилось на самом краю обрыва, о чём сообщали указатели, развешанные на сетке-рабице, отделявшей любопытных туристов от бездонной тьмы Оврага Кальвина. Дно, конечно же, существовало. Каких-то пятьсот метров падения по нескольким каменистым ярусам, и узкая извилистая река Туанул у ваших ног.
Однако, в такой час и с таким бледным наружным освещением, ущелье казалось бескрайней бездной, продолжением черноты неба.
Смотровая площадка — небольшой полукруглый пятачок с кованными лавочками — плавно перетекала в неасфальтированную парковку, подпиравшую деревянное крыльцо гостиницы. Над тёмной массивной дверью горела одна единственная лампочка. Не фонарь даже — обычная лампочка без плафона, о которую с упорством камикадзе убивались мотыльки.
— Тут вообще есть кто-то? — Рей с опаской перевела взгляд с тёмных окон на россыпь дохлой мошкары у порога.