Девушке показалось, что она попала в какой-то фильм, но ей никто не дал прочесть сценарий, а поэтому оставалось только плыть по течению, задаваясь всё новыми вопросами. Видимо, пора заводить отдельный блокнот со списком всего, что она хочет узнать у Бена. Однако в эту минуту любопытство забилось в дальний угол сознания, жалобно попискивая — сейчас не время для споров и объяснений.
Рей не успела сделать и нескольких шагов к лестнице, как в коридоре раздался звук заведённого двигателя. Он был чем-то похож на мотор старого, ржавого мотороллера, но слишком высокий, резкий и до противного громкий — тут же захотелось зажать уши.
— Беги! — рявкнул Бен и рванул вперёд, но было поздно.
Старик вылетел из коридора и бросился через весь холл в сторону парня. Его лицо исказила жуткая гримаса слепой ярости, а в руках дребезжала огромная бензопила. Рей отшатнулась назад, влепившись спиной в стену, но обезумевшему мужчине было плевать на неё — он несся вперёд, к своему врагу на последний бой. Старика трясло — то ли от зашкаливавших эмоций, то ли от тяжести ревущего в руках оружия. Он спотыкался и шатался из стороны в сторону, разбивая в щепки всё вокруг.
Парень выхватил пистолет и дважды выстрелил — мужчина качнулся, падая на один из уцелевших столиков, и едва не отпилил себе ногу, но тут же вновь кинулся в атаку. Бен отпрыгнул в сторону, но зацепился ногой о перевёрнутый кусок какой-то доски и полетел на пол. Прислонившись к стене, он вновь вскинув оружие — на этот раз промахнулся.
Рей с ужасом смотрела, как седое бессмертное чудовище приближается к парню. Между ними оставалось не больше двух метров, когда девушка рванула вперёд, подставляя левую ладонь под лезвие. Ей никогда прежде не приходилось ловить руками работающие бензопилы, поэтому она понятия неимела, выдержит ли протез. Однако сейчас речь шла о жизни и смерти, и искусственная конечность была не самой большой ценой за победу в схватке.
Лезвие прошло по перчатке, разорвав в клочья бежевую кожу и заклинило, упёршись в твёрдую ладонь. Рей показалось, что с пилы послетали зубцы, но этобыло неважно. Она сжала пальцы на полотне, с силой надавливая на замершееоружие — сталь смялась в её руке, и цепь слетела с шины.
ЛорСан отшатнулся, ошарашенно переводя взгляд с девушки на пилу.
Раздался ещё один выстрел. Выронив инструмент, старик закричал и упал напол, хватаясь за предплечье.
Рей опустила руку. Она стояла неподвижно, больше всего на свете боясь обернуться и взглянуть в лицо Бена. Сквозь стоны раненного деда она слышала, как парень поднялся с пола и подошёл к ней. Эти шаги звучали страшнее мотора бензопилы и гремели в ушах громче выстрелов. Бен резко рванул девушку за плечо, разворачивая к себе. Его обычное бледное лицо сейчас стало просто белым — под стать разодранным и смятым на полу скатертям. Он схватил Рей за запястье и поднял её руку раскрытой ладонью вверх, на уровень груди, не сводя глаз с протеза, видневшегося под кусками бежевой кожи. Сорвав и швырнув в сторону остатки перчатки, Соло провёл большим пальцем по металлу — излишне нежно, как будто то была настоящая тёплая человеческая ладонь.
Внезапно его тяжёлое дыхание коснулось виска Рей, и он обнял её так крепко, что впору было мечтать о стальных рёбрах.
ЛорСан засмеялся у неё за спиной. Сдавленных хохот сквозь вой походил на карканье, но всё же старик веселился.
— Сумасшедший фанатик, — Бен отпустил девушку и сел напротив скрючившегося у стены деда. — Ты знаешь, зачем я пришёл.
— И где начал свой путь до того, как взял имя Кайло Рен, — ответил тот уже без смеха.
9. Карта.
Кайло Рен.
Рей стояла посреди разрушенного холла и пялилась на чёрную футболку сидевшего перед ней Бена Соло. Всматриваясь в тёмную ткань на его спине, она не могла отделаться от мысли, что он одевался так нарочно — хотел вдоволь потешиться над ней.
Смотри, глупая девочка, вот она тьма — стоит рядом с тобой, только протяни руку.
Ты так долго смотрела на меня, но так ничего и не увидела, заправщица?
Он смеялся, глядя в её наивные глаза; смеялся, целуя; смеялся, обнимая.
«Ты иногда совершенно не хочешь замечать очевидного, да?»
Девушка слышала его голос в своей голове, представляла его ехидную усмешку и самодовольный взгляд тёмных глаз, не в силах пошевелиться.