Сколько там еще нужно продержаться? — Чтобы сравнять шансы. Я левша.
Врать было рискованно. Рыжий мог заметить, как несколько минут назад девушка держала карандаш в правой руке. Но он, как и все остальные, был слишком надменным, чтобы обращать внимание на заправщицу и подмечать такие детали. Для них она никто.
— Пять минут, — напомнил Хакс, всё еще продолжая нервно хихикать в кулак.
Уж кто кто, а рыжий веселился от души.
Рей внутренне ликовала. Время на её стороне, оно давит Бену на нервы, как и внимательные взгляды его дружков, ожидающих развязки.
— Ты больная, — сказал Бен, выпрямляясь. — Но плевать, сама предложила.
Из его взгляда и голоса быстро испарились вся вкрадчивость и заинтересованность. На их место пришли раздражение и самодовольство.
Впрочем, самодовольство было там всегда.
Рей вышла из-за стойки и максимально вежливым жестом пригласила соперника за пустой столик. Сев друг напротив друга они поставили левые руки на стол.
Бен демонстративно надел свои мотоциклетные перчатки, передразнивая её.
Победить в этом соревновании будет легко — так считали оба, но только один был прав.
— Три минуты, — отрапортовал Хакс, поднимаясь со своего места, чтобы лучше рассмотреть происходящее.
Протез идеально соответствовал размерам Рей, поэтому её миниатюрная механическая ладошка, спрятанная за плотной кожей перчаток, утонула в огромной руке соперника, вызвав новые смешки публики. Бен кивнул амбалу, и тот дал команду:
— Реди... Гоу!
Бен не собирался растягивать сложившуюся идиотскую ситуацию и попробовал сразу наклонить руку Рей. Но тут же удивленно уставился ей в глаза, наткнувшись на нерушимую преграду в виде хрупкой девичьей руки. Рей невинно улыбнулась. Одним из неоспоримых плюсов протеза была его сила.
Конечно, переносить очень тяжелые вещи и подрабатывать грузчиком девушка бы не смогла — ей не хватало широких плеч, сильной спины, накаченного пресса. Но подставить руку вместо домкрата, выбить кирпич из стены (а иногда забить обратно) или победить нахала в армреслинге — не составляло никаких трудностей.
Резким рывком Бен снова попытался закончить матч и сразу почувствовал себя идиотом, который пытается сдвинуть стену. Рей продолжала улыбаться, когда медленно, но верно наклоняла его руку к поверхности стола. Теперь её черед заглядывать в его темные, полные непонимания и ярости глаза, вынимать на поверхность страх поражения. Впрочем, этот прекрасный, практически интимный момент останется между ними. У публики не должно возникнуть лишних вопросов.
— Если поддавки — это такой новый метод флирта, то я его не понимаю, — пожала плечами Рей, вставая из-за стола.
— Время, — объявил конец игры Хакс.
Автоматические двери разъехались в стороны, и в тесное помещение зашёл Зифф — заправщик, работавший у колонки. Он на секунду замешкался, оглядывая замолчавших парней и Рей.
— Кто из вас мистер Соло? — спросил Зифф и сразу продолжил. — Мистер Платт просил передать...
— Разберись, — кинул Бен Хаксу, вставая. Затем схватил Рей за локоть и потащил к запасному выходу, буквально вышвыривая её во внутренний двор.
Захлопнув за собой стеклянную дверь, он схватил девушку за ворот униформы.
— Ты как это сделала, заправщица?
Задний двор примыкал к огромной свалке автомобилей, которой так же заведовал Ункар Платт. Множество старых разбитых машин стояли длинными рядами — сами себе надгробия. Некоторые из них после встречи с промышленным прессом были свалены друг на друга. Другие выглядели вполне сносно и имели призрачный шанс отправиться не на разборку, а на ремонт.
— В детстве каши много ела, — огрызнулась Рей, пытаясь вывернуться из стальной хватки. Услышав над ухом тяжелое дыхание, она затихла и медленно подняла глаза на Бена. Стоя так близко к нему ей пришлось задирать голову, чтобы увидеть его лицо. На бледной коже прыгали блики идиотской красной гирлянды, которой Платт пытался оформить еще одну вывеску. В глазах плавились эмоции человека, сбитого с толку и побежденного на глазах у подчиненных. Человека, который привык контролировать ситуацию и не привык проигрывать. Придавленная его взглядом Рей отвернулась, выставляя вперед руки. Теперь была её очередь почувствовать себя идиоткой, которая пытается сдвинуть стену.