…Все действо не заняло и микросекунды внешнего времени. Настало время для эффектов просто очень сильного взрыва. Как и в случае с гамма-лазером, область поражения имела относительно узкую форму, лишь чуть превышающую диаметром котлован Кракена, зато в глубину распространялась на значительно большее расстояние. И теперь вся эта загнанная в недра энергия стремилась вырваться наружу, расталкивая вязкое вещество мантии, взламывая такую хрупкую пленку коры планеты, вздымая из ее лона огромнейший кусок вещества — новорожденную будущую луну, младшую сестричку обращающейся вокруг Джардии большой красавицы…
Под тяжким молотом удара зримо и страшно изменилась форма планеты, началось скрытое движение в ее жидком нутре, выдавая себя лишь кольцевой волной изменения рельефа — с орбиты отлично было видно, как по твердой поверхности бежит длинная пологая волна, — словно бы сам Великий Полоз скользит под землей, спеша уйти, скрыться от чудовищного взрыва.
…В одном месте перед самой волной вспыхнула яркая искра, ничтожно малая по сравнению с нею — то в собственном огромном взрыве сверхпроводящего кольца стартовал в неизвестность изядно покореженный, но так и не сломленный РАЦ, прихватывая с собой кусок территории укрепрайона почти до многоугольника Большого Садового туннеля.
…Спешащий обрушиться всей своей мощью на людей сложнейший комплекс эльфийских заклятий немного не успел, и по странному стечению обстоятельств встретил волну искажений — отдачу от усилий Живинки и Волеизъявления Ург-Дэмор, а также отголосков канувшего в ничто Мучителя, — точно над прикрывшимися облаками отстреленной 'Завесы' войсками. Скрутились в тугие узлы, исказились и разорвались выверенные токи, клубки и ошметки взаимовлияющих заклятий сплелись в пестрое, калейдоскопически меняющееся нечто, нарушились отточенные скрепы и связки, и в буйстве высвобожденных магических энергий убийственная изначальная суть комплекса немного изменилась. Остановленная в разбеге мощь добрала еще толику разлитой в пространстве силы — и незримым дождем пролилась на скрытые в рукотворном тумане танки и самолеты. Магия, сложнейшая высшая магия проникала во все щели и отверстия, просто проходила сквозь металл и керамику, свободно проницала противорадиационный подбой, легкими шажками бежала по проводам и дорожкам микросхем, дружелюбным соседом оседала между точечными зарядами пластин накопителей, и разом влияла и на микроскопические объекты и на длинномерные системы. Некий процесс, до поры таившийся в области служебных задач тактической системы, связующей воедино всю человеческую технику, рывком изменился и произвел свое первое обращение к какому-то гигантскому массиву данных, значащемуся под безымянным индексом среди прочих архивов.
…Волна изменений пересекла экватор и спустя недолгое время добежала до противоположной точки планеты, по пути вновь сокращаясь и пополняясь энергией прошедших напрямую через ядро спутниц. Уменьшение размеров кольца означало пропорциональное увеличение плотности энергии — и на подходе к диаметральной точке волна вспарывала твердь как ледяной плуг йотунов, как один сплошной длящийся полукамуфлетный взрыв. А непосредственно в точке и ее окрестностях энергия превзошла все известные геологические величины, и прямо под ногами эльфийских войск произошел так называемый антиподальный удар.
Процесс в менее масштабном выражении можно наблюдать, снимая на сверхскоростную камеру выстрел в большой стеклянный шар. Пуля, попадая в него с одной стороны, кроме оскольчатой воронки в месте попадания, вызывает образование немного меньшей воронки на обратной стороне. Ровно то же самое произошло и с планетой. Антиподальные силы, пройдя сквозь ее вещество, сошлись в противоположной точке, и тем, кто в этот момент там находился, оставалось только посочувствовать.
Земной Йеллоустонский супервулкан показался бы жалким прыщиком перед разверзшейся в точке схождения волн бездной. В один миг земля вскипела и прыгнула в небо, в сокрушительном самоубийственном порыве выбрасывая в стратосферу тысячи кубических километров горных пород и магмы, проваливаясь сама в себя и вновь устремляясь ввысь, словно камень пытался научиться летать… Ни о каких выживших в этом катаклизме, разумеется, не могло быть и речи.