Так ни к чему и не придя, решили продолжить наступление. 'Последний туман' хорошо проредил ряды врагов, дальше надеялись справиться своими силами. 'Поцелуй солнца' в различных вариантах имелся в закромах многих кланов, в том числе у всех пяти участвовавших в этой заварушке.
Вот только эта мерзость… Она тем временем неустанно продолжала трудиться и расширяться, достигая уже тридцати лиг в поперечнике. Жухлая трава обозначала ползущую границу действия заклятия, дальше все постепенно темнело, даже неким странным образом и сам воздух, и в середине превращалось в идеально круглую лужу невесомой бесцветной пыли — вырожденной материи. Вокруг пятна суетились маги, то и дело раскладывая очередные артефакты, а после спешно удаляясь на солидное расстояние. Те полыхали самыми разными комбинациями поражающих факторов, отчего ощутимо вздрагивал воздух и становилось неуютно внизу живота, однако все было пока зря. Лишь вскипала ажурными фестонами тончайшая пыль в середине, когда в нее вонзалось очередное напоенное силой до краев заклятие. Потом граница выпячивалась амебной ложноножкой и рывком одолевала расстояние до потревожившего артефакта. Как только тень искажений накрывала его, появлялись самые разные эффекты, от взрывов до бесшумного исчезновения.
Входить в границы заклятия уже никто не рисковал. Один шаг за черту означал пусть и небольшие, но всеобъемлющие нарушения в работе организма. Разбалансировка аурных оболочек и приступы шизофрении, ошибки сплайсинга нуклеиновых кислот и снижение объема магического резерва, аутоиммунные реакции и помрачения сознания — список был, казалось, бесконечен.
Как выяснилось, зона воздействия представляла собой сплющенную полусферу, вздымаясь до высоты в одиннадцать лиг. Для фокусировки воздушных порталов это было несущественно, потому отнесли подальше только ставку, благо темпы роста зоны оставались с самого начала неизменными. Маги-оружейники вновь занялись любимым делом — подготовкой к ударам Великими заклятиями. Засновали могучие твари, только и способные нести гигантские ковчежцы с самыми могущественными видами оружия, засуетились орды вспомогательных служб, загудела подобно камертону выходящая на режим система. Но было поздно. Высоко в небе бесшумно вывернулся наизнанку кусочек пространства, и только краткий ливень нейтрино мог бы выдать процесс — однако не было на раскинувшейся внизу планете столь чувствительных глаз и приборов. Бархатно-черная двойная звезда на миг закрыла собой созвездие Клыка, свидетельствуя о том, что находится гораздо ближе, и небрежно обронила горсть тускло бликующих капель, которые расходящимся исполинским зонтом устремились вниз. Было их ровным счетом четыреста.
42
Горчакову опять не дали поспать. В принципе, он и не надеялся, по опыту зная о том, что самых пакостей стоит ждать именно под утро, когда сон особенно сладок и безмятежен. Когда он спустился в зал, привычно подтянутый и уже без следа сонливости в глазах, помимо дежурной смены там находились почти все операторы. Объяснялось это весьма просто — присущим человеку любопытством. Как оказалось, явилась делегация исконных жителей планеты, оннов, и требовала встречи с принимающим решения. Вернее, именно с ним, Горчаковым, поскольку он ранее бывал здесь, и онны его отлично знали.
Явились аборигены весьма своеобразным способом. Они попросту подошли к посту на переходе во второй уровень и предъявили белый прямоугольник карточки доступа — при том, что никто их не пропускал не то что на первый, вообще вся система безопасности укрепрайона ничего не зафиксировала, хотя, по идее, обязана была вести гостей от самой границы. Как бы там ни было, пять высоких антропоморфных существ вышли из-за угла, прошествовали длинной галереей и невозмутимо доложились опешившему наряду. Вели себя они спокойно, ожидание начальства восприняли как должное, на блокировку же себя по тревоге силами безопасности вообще как бы не обратили внимания.
Горчаков вполне оценил жест, и теперь напряженно раздумывал, глядя на визитеров через камеры. Самый высокий и представительный онн вдруг повернулся и небрежно так помахал рукой в зрачок объектива, и генерал узнал его. Вернее, ее. Это была сама Оментари, Хранительница Рассеянного народа. Та самая, кто сорок лет назад посвящала его в Третью тайну. Мда, разговор обещал быть нелегким, тем более, что Хранительница была облачена в белоснежное одяние с красным подбоем — редко используемый символ высших делегированных полномочий. Нужно вскрывать комнату переговоров.