Уровец после некоторых раздумий обратился к своему тезке по званию, с которым они успели немного 'навести мосты':
— Михал Семеныч, ты б все-таки подумал — может, ну его нафиг, этот подземный штурм? Забурим пару скважин, 'Муравьев' туда спустим, и привет, пусть потом археологи изучают.
— Думаю я про это — но у нас нет люфта, приказ на штурм, а не 'по обстановке'. Да и не сделают твои фугасы ничего особенного. Верхний клубок может и разрушат, а нижние полости тряхнет только.
И добавил голосом пластилинового мужика:
– 'Маловато будет'!
Майор в принципе не соврал, но была еще одна причина. Людям любой ценой требовались пленные. Невозможно было строить стратегию на информации из одного-единственного источника, можно было отбиваться, и довольно успешно, как показывали события, но инициатива все же оставалась за противником. Разведывательную деятельность вести тоже было очень трудно. Агентурная разведка по понятным причинам исключалась, оставалась в основном техническая, не приносившая каких-либо заметных успехов. Захват пленных на поле боя был сопряжен с трудностями столь значительными, что до сих пор не удалась ни одна такая попытка — а захватывать тварей было совершенно бесполезно, разве что для научных целей. Нужны были эльфы, и обнаруженном комплексе имелась изрядная вероятность их обнаружения.
Определились с местами ударов. Рота была усиленной, пятивзводного состава, плюс шестой взвод операторов техники, поэтому штурмовать решили с четырех точек, оставляя один взвод в качестве резерва. Технари уже развернули свои диковинные приборы, операторы надели причудливого вида шлемы, по рядам разнокалиберных дронов прошла дрожь быстрого движения — самотестировались системы. Наконец, все было готово. Замерли вокруг больших ям полубесплотные тени в адаптивном камуфляже, ожидая только сигнала, который швырнет их в безумную круговерть штурма. Задача представлялась тем более сложной, что не имелось никаких данных, с чем придется столкнуться бойцам внизу, это можно было лишь предполагать, а значит, им придется действовать практически вслепую — вообще-то, недопустимое, но такое привычное состояние для осназа.
Взрыв! Направленный взрыв проломил метровую стенку тоннеля, на поверку оказавшуюся чем-то вроде полого корня, тут же в пролом влетел второй заряд. Он был двойным, сначала сработал малый, создавая газовую пробку в проломе, а под ним рванул основной. Пробка не дала продуктам взрыва вылететь наружу, и ударная волна всей своей силой прокатилась в обе стороны тоннеля. Не успел рассеяться белый дым, как вниз метнулись стремительные силуэты дронов и бойцов, страшных в своей непреклонной целеустремленности. Глухие звуки очередей вспороли воздух.
Вторым взрывом края пролома вывернуло наружу, в проломе виднелись какие-то трубки, сочащиеся и фонтанирующие вязкой сине-зеленой жидкостью, длинные белые и желтые лохмотья непонятных тяжей, острые, влажно блестящие щепки, черно-коричневые овальные чешуины, на вид почему-то каменные. В тоннеле было темно, если тут и имелось освещение, оно наверняка не выдержало взрывов. На полу хлюпнула под подошвами лужа вязкого сока или крови, белые ранее стены покрылись коркой грязи и трещин, они вспучились большим пузырем и из обожженных трубок сочилась та же вездесущая жидкость.
Первые дроны уже достигли поворотов и скрылись за ними. Следующие по пятам прочие дроны и бойцы отставали совсем ненамного. Их перемещения едва отслеживались глазом — на тренировках любой их них пробегал стометровку за восемь секунд, и это не в трусах, а в снаряжении. Мелькнула иссеченная пулями стена тоннеля, впереди коротко и страшно ревнуло пламя, раздался дикий скрежет и визг сминаемого металла.
Спустившись вниз, первый дрон дал очередь вдоль тоннеля из двух встроенных пулеметов, никого еще не видя, просто чтобы подавить возможное сопротивление. За ним спрыгнул второй, он начал стрелять еще в прыжке, накрывая другую сторону. Оба немедленно рванулись вперед, освобождая место для следующих. За ними пошли огнеметные дроны, еще несколько прочих механизмов, затем бойцы первой очереди. Это были наиболее рослые и крепкие парни, даже в облегченной сравнительно с технопехами броне они смотрелись настоящими танками. Облегченной, да, но не стоило забывать, что это была броня, сработанная малой серией специально для штурмовиков осназа. Первый из них нес тяжелый шестидесятикилограммовый щит, способный выдержать пулю крупнокалиберного пулемета, второй был вооружен этим самым пулеметом, обычного, правда, калибра, но весьма необычной конструкции. В таких операциях большую роль играет скорострельность оружия — и его пулемет давал едва не авиационный темп стрельбы.