- Если я буду тобой довольна, то да. – Лойра улыбнулась, но глаза остались холодными. - Если нет, пошлю за перекупщиком, и он поставит клеймо. Тогда ты останешься в Негаре навсегда. Только не здесь, а на рудниках. Там очень короткое «навсегда». Надеюсь, ты это понимаешь?
- А если выкуп заплатят мои родные?
- Я позабочусь, чтобы этого не случилось. Поэтому в твоих интересах постараться, чтобы я осталась довольна.
- А если я умру? Вы потеряете деньги. Кстати, как мне к вам обращаться?
- Госпожа Лойра. Или просто госпожа. Деньги? – Она пожала плечами, и платье пошло алыми волнами, похожими на языки пламени. – Деньги - тлен, сегодня есть, завтра их нет. А ты не умрешь. Рена дочь лекаря, знает, что к чему.
Не сказав больше ни слова, Лойра вышла, в замке повернулся ключ.
Я не ошибся, Рена и правда была дочерью лекаря. Жар, между прочим, хоть и не совсем, но все же спал. И рана болела уже не так сильно, словно в нее втыкали раскаленный нож. И мысли не путались, как обрывки веревок. Вот только я не знал, стоит ли всему этому радоваться. Будущее виделось в самых черных красках.
Отпустит, если останется мною довольна? Какая женщина откажется от мужчины, которым довольна?
Либо она лгала, либо ей нужны от меня вовсе не постельные радости. Или не только это. Как же отвратительно покупать свободу таким образом! Я пошел на войну в поисках смерти, а нашел позор и унижение.
Видимо, смерть, как истинная женщина, не любит тех, кто ей навязывается. Она выбирает возлюбленных сама и приходит к ним. Редко кому удается увернуться от ее объятий. А если и удается, то лишь на время.
Я задремал и проснулся, когда дверь снова открылась. На этот раз вошла Рена в сопровождении пожилого мужчины в черной одежде, лицо которого было недовольным, как будто прийти сюда его заставили. Не говоря ни слова, он поднял мою рубашку и снял повязку. Осмотрел рану, ощупал живот, подмышку и ключицу с этой стороны, пожевал задумчиво губу.
- Как обрабатывала? - Голос его был неприятным, жестким, он словно скреб по ушам железной щеткой.
Рена подробно рассказала, чем промывала и смазывала рану, чем поила. Я подумал, что это и есть ее отец-лекарь, которого она уговорила взглянуть на меня.
- Все правильно. Жаль, что ты не мужчина, стала бы хорошим лекарем. А этот… думаю, выживет. Они живучие, как кошки. Хотя я на его месте предпочел бы умереть.
Рена опустила голову, словно была в чем-то виновата. Когда лекарь вышел, она вернула повязку на место.
- Скоро принесу тебе поесть, - сказала и направилась было к двери, но я ее остановил.
- Подожди. Присядь.
Посмотрев на меня с удивлением, Рена присела на край лежанки.
- Это был твой отец?
- Да, - она отвела глаза. – Он королевский лекарь.
- А ты служанка? – удивился я. – Почему?
- Я его внебрачная дочь. Спасибо уже за то, что он помогает моей матери и нашел мне это место. Не обращай внимания, что он так… пренебрежительно. Негары ненавидят вас.
- За что, интересно? За то, что мы сопротивляемся, а не сдаемся? Можно подумать, мы напали на вас. Ты тоже нас ненавидишь?
- Я? Нет. Я правда хочу помочь тебе. Сама вызвалась, когда узнала, что госпожа Лойра купила раненого.
- Вот как? Тогда, может, ты объяснишь, зачем она меня купила?
- А ты не понимаешь? – Рена сдвинула брови. – Она вдова. А ты красивый мужчина. И… не только красивый.
- Нет, дело не в этом, - возразил я. - Она могла бы выбрать любого другого. Здорового, а не умирающего. К тому же мне не поставили клейма. Она приходила и сказала, что выкупит и отпустит домой, если останется мною довольна. А если нет, клеймо поставят и отправят меня на рудники. Тебе не кажется это странным?
- Госпожа Лойра себе на уме. Я служу ей четвертый год, еще с тех пор, когда она была не замужем, но не могу сказать, что хорошо узнала ее. Нет, Ральф, я не знаю, зачем ты ей понадобился. Но в любом случае ее постели тебе не избежать. Если, конечно, не хочешь попасть на рудники.
- Спасибо, - усмехнулся я. – Ты меня обнадежила. Ладно, не буду тебя задерживать.