- Герцогиню.
Язык сопротивлялся на этом слове. Как будто спрашивал о чем-то постыдном.
- Никак. – Доун пожал плечами. – Герцогиня.
- В смысле?
- У нее нет имени. Жену черного герцога не называют по имени. Никто. Даже муж. Точно так же, как и самого герцога. Как только получит титул – и до самой смерти. Прежнюю тоже звали герцогиней. А как овдовела, снова стала госпожой Лойрой.
- Но как-то ведь ее звали раньше? Нынешнюю герцогиню?
- Госпожа Алесса. А герцога – Тайнор. Господин Тайнор.
Алесса…
Алесса?! Племянница короля Саммора? Вот, значит, кто это. Хотя чему тут удивляться? Кого еще могли выдать замуж за племянника короля Негары? Я никогда ее не видел, конечно. Слышал о ней, но не знал, что ее отправили сюда. Вот что значит быть в опале. Как будто в другой стране, на другом краю света.
- Говорят, ее нисколько не интересуют эвийары. – Я сказал это небрежно, словно мне все равно.
Доун посмотрел пристально, как будто пытался понять, что у меня на уме.
Мы сблизились за эти дни. Эвийары, как он сказал, должны держаться вместе. Я был с ним согласен. Соотечественник на чужбине – словно родственник. А уж в плену и подавно.
Сорокалетний крестьянин из приграничной деревни, высокий, крепкий мужчина – его захватили в плен в первый же день войны. Точнее, в первую ночь, когда негары перешли границу. Доун до последнего защищал свою жену и двух дочерей, но силы были неравными. Его оглушили, связали и отправили на невольничий рынок. О судьбе своей семьи он ничего не знал и не питал никаких надежд на встречу.
- Да, Ральф, говорят, - сказал он медленно. – Но не всему, о чем говорят, стоит верить. Она чужая в этом замке, как и все мы. Хоть и жена хозяина. Ее ненавидят и следят за каждым шагом, за каждым словом. Ненавидят все, от слуг до вдовы прежнего герцога. Малейшая оплошность – обвинят в государственной измене и казнят.
- Казнят племянницу короля?
- Значит, ты знаешь, кто она? – усмехнулся Доун.
- Догадался, когда ты назвал имя.
- Да, Ральф, племянницу короля. Обвинения в измене будет достаточно. Идет война, и уже неважно, кем она была в Эвийаре.
Да, сейчас это точно неважно. Мы с Доуном были из разных сословий, раньше он не посмел бы обращаться ко мне по имени и на «ты», но сейчас мы оказались в равном положении.
Пленники. Рабы…
- Поэтому, Ральф… - Собрав в таз тряпку, грязную простыню и рубашку, Доун пошел к двери, но остановился на пороге. – Поэтому не спеши судить герцогиню. Возможно, она действительно такая, как о ней говорят: холодная и равнодушная. А может, и нет. Все мы вынуждены скрывать свои истинные чувства. Иначе не выжить.
Глава 11
Алесса
- Посижу с вами, герцогиня, - сказал Тайнор. – Не возражаете?
- А может, ты все-таки будешь меня звать по имени, когда рядом никого нет? Или даже так это страшное преступление?
Он приподнял брови, усмехнулся.
- Иногда ты удивляешь, Алесса.
- Да и ты тоже.
- Послушай… - Он сорвал травинку и стал грызть стебель. – Я правда не желаю тебе зла. Когда ты только приехала… Я тогда был влюблен в одну девушку, но кого это интересовало? Король приказал, пришлось подчиниться.
- Скажи, этот брак устроили в расчете на улучшение отношений между Эвийарой и Негарой? Или меня действительно рассматривали как заложницу на случай новой войны?
- Думаю, и то и другое. Как получится. Никто же не предполагал, что ты станешь черной герцогиней. Теперь тебя нельзя обменять. Хотя можно казнить за государственную измену, на это неприкосновенность не распространяется.
- Я думала, что мы можем стать если не любящими супругами, то хотя бы жить мирно. Когда приехала.
- Да? Серьезно? – Тайнор отшвырнул травинку и рассмеялся с горечью. – А выглядело все так, как будто ты меня глубоко ненавидишь. Как будто я тебе противен.
Я заморгала в замешательстве. Ведь это он вел себя так, словно едва меня терпит. По необходимости.
- А потом началась война. – Подцепив носком сапога камешек, он отбросил его прочь. – И все стало еще сложнее.