Армия появилась из-за поворота через полчаса. Лекс насчитал не меньше двухсот всадников и пеших — колонна растянулась на полкилометра. Впереди ехали разведчики, за ними — тяжёлая конница в сверкающих доспехах, дальше — пехота с длинными копьями, и в центре, окружённые десятками воинов, двигались маги. Лекс насчитал шестерых, могло быть и больше — их выдавали посохи, светящиеся холодным голубым светом.
А за ними…
Лекс сглотнул.
Големов было два. Две трёхметровые махины из тёмного металла, с лезвиями вместо рук и плазменными пушками на плечах. Их везли на специальных платформах, запряжённых четвёрками ящеров. Кристаллы в их груди пульсировали багровым светом, готовые в любой момент оживить чудовищ.
— Матерь божья, — прошептал Малой. — Их два…
— Вижу, — процедил Лекс. — Значит, план меняется. Кор-Дум, целься так, чтобы накрыть обоих. Если не получится, мы пропали.
— Попробую, — буркнул дворф, корректируя детонатор.
Отряд втягивался в ущелье. Передовые разведчики уже миновали место, где были заложены мины. Голова колонны приближалась к центру.
— Ещё немного, — шептал Лекс, глядя на браслет. Тот показывал расстояние до цели. — Ещё…
Когда первые ряды поравнялись с первой растяжкой, а центр колонны — с месцем закладки, Лекс махнул рукой.
— Давай!
Кор-Дум нажал на детонатор.
Грохот был такой, что Лексу заложило уши. Скалы справа и слева вздрогнули, и огромные массы камня обрушились вниз, прямо на головы эльфов. Пыль, крики, ржание лошадей — строй мгновенно рассыпался.
Лекс видел, как десятки всадников исчезли под тоннами щебня. Лошади вставали на дыбы, сбрасывая седоков, давя своих же. Один из големов, стоявший ближе к месту взрыва, покачнулся и завалился на бок, погребённый под камнями. Второй уцелел — платформа с ним была дальше, и обломки лишь засыпали её, не повредив.
Маги — те, что уцелели, — пытались организовать защиту. Лекс видел, как трое из них взмахнули посохами, создавая мерцающие куполы над уцелевшими частями отряда. Двое других, раненые, пытались выбраться из-под камней.
— Огонь! — скомандовал Лекс в переговорный кристалл.
Айрин и её лучники открыли стрельбу. Три десятка стрел взвились в воздух и обрушились на врага. Эльфы, не ожидавшие атаки сверху, падали один за другим. Стрелы, пущенные по ингрийской школе «Волчья стая», били точно в шеи и подмышки — туда, где доспехи были тоньше.
Но маги быстро опомнились. Один из них усилил купол, и стрелы заскользили по нему. Другой начал плести заклинание — вокруг его рук заклубился огонь, готовый обрушиться на склон.
Лекс прицелился. Красная точка лазера заметалась по рядам эльфов. Первый выстрел — тихий хлопок — и один из магов, тот, что держал купол, дёрнулся и выпал из седла. Пуля вошла точно в висок, пробив шлем, который оказался бесполезен против кинетической энергии.
— Есть один! — прошипел Лекс, передёргивая затвор. Пять патронов осталось.
Второй выстрел — второй маг, тот, что готовил огненное заклинание, схватился за горло, откуда фонтаном хлынула кровь. Он захрипел, заваливаясь на бок, и его лошадь, испугавшись, понесла, топча своих же.
— Двое!
Третий маг успел — он спрыгнул с лошади и укрылся за камнем. Плазменный шар, который он успел создать, ударил в склон, взорвавшись фонтаном камней. Один из лучников Айрин закричал, падая с пробитой грудью.
— Чёрт! — Лекс переключил цель. Четвёртый маг, скрытый за щитом, был недосягаем. Он целил в других.
— Вперёд! — заорал Зураб, и сотня сталкеров рванула из-за валуна.
Армии столкнулись с грохотом, от которого, казалось, содрогнулись скалы. Люди и эльфы схлестнулись в узком ущелье, и воздух наполнился лязгом металла, криками ярости и предсмертными хрипами.
Перед самой сшибкой, когда до врага оставалось каких-то пятьдесят шагов, Зураб, бегущий в первом ряду, заорал во всю мощь своих лёгких:
— «Встанем, братья, встанем, сёстры, кто не хочет жить рабом!»
И сотня глоток подхватила:
— «Пусть наш клич летит над островом, пусть громом грянет он! Кто с мечом, кто с молотом, кто с верой и умом, мы идём одним оплотом, смерть тиранам и врагам!»
Песня «Встанем за свободу» грянула над ущельем, заглушая даже топот ног. Люди вкладывали в неё всю свою ненависть, всю боль, все годы унижений. Эльфы, услышав этот рёв, на мгновение дрогнули — они не ожидали, что «скот» способен на такую ярость.
— Свобода! — заорал кто-то слева.
— За Ингрию! — крикнула Айрин со склона, и её голос, чистый и сильный, пробился сквозь общий шум.
— Волчья стая! — взревели ингрийцы, бросаясь в гущу врага.